Сказки для Сонечки

Однажды поздно ночью, когда весь большой город уже спал, Писатель всё ещё сидел за своим рабочим столом и набрасывал план будущей очень серьёзной книги. Работа его продвигалась с трудом, всё мешали какие-то посторонние мысли. Они лезли в голову, теснились там и путались.

Он отложил в сторону бумаги и стал читать про себя Иисусову молитву: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного». Сначала молитва творилась губами, потом, по мере сосредоточения, она сходила в сердце и зажигала внутри тёплый огонёк. Потом этот огонёк разрастался, и его тепло расходилось по всему телу, волной накатывало в голову. Мысли постепенно прояснялись, и вот уже он чувствовал, как чудесным образом появлялось то, без чего не рождалось ни одно произведение: вдохновение. Он так увлёкся этим важным делом, что перестал замечать всё вокруг, даже время будто остановилось.

Когда он кончил молиться и потянулся за листом бумаги, то почувствовал, что в комнате произошли какие-то изменения. По стенам бегали голубоватые блики, воздух наполнился сладким ароматом, а в сердце Писателя появилась такая сильная благодать, какую он ещё ни разу не испытывал. Он оглянулся и увидел рядом с собой удивительно красивого юношу. Его одежды переливались серебристым сиянием, кудрявые волосы золотились, лицо светилось необычайной белизной, а синие глаза излучали такую кроткую доброту, какая бывает лишь на старинных иконах.

Писатель не почувствовал ни страха, ни удивления, а только восторг и любовь к этому чудесному видению.

— Кто ты?

— Ангел, — ответил юноша. Его голос прозвучал, как серебряный колокольчик, чисто и мелодично.

— Настоящий? То есть, прости, я не хотел тебя обидеть…

— Не волнуйся. Обидеть меня невозможно, я же не человек.

— Но за что мне такая милость, ведь я ничего особенного не сделал? — изумлённо спросил Писатель.

— Вам, людям, многое не дано понять, пока вы живёте на земле. Поверь, ты достоин выполнить всё то, ради чего я принял этот свой земной вид.

— А что, на самом деле ты выглядишь по-другому? Ещё прекрасней?!

— Обычно для ангела. Только мой настоящий вид ослепил бы тебя. А твои глаза тебе ещё пригодятся.

— Ты доверяешь мне какое-нибудь поручение? — радостно спросил Писатель.

— Да, очень важное поручение.

— Извини, пожалуйста, но как мне тебя называть?

— Зови меня Ангел-Хранитель.

— Скажи, Ангел-Хранитель, сколько тебе лет?

— Этого ты не сможешь понять, прости меня, — ангел кротко улыбнулся. — Так ты готов выслушать меня?

— Да, конечно, я весь — внимание!

— Среди твоих знакомых есть девочка. Её имя — София, а зовут все её Соня.

— Да, я знаю эту девочку. Она дочь моего друга.

— Так вот, я Ангел-Хранитель этой девочки. Я отвечаю за её судьбу перед Богом. Сейчас через тебя мне нужно передать ей очень важное сообщение.

— Извини меня, но почему ты сам не можешь ей всё сказать? Она девочка достаточно сообразительная, чтобы понять любую мысль.

— Я попробую объяснить тебе это. Хотя, поверь мне, всё гораздо сложнее, чем я смогу тебе сказать. Если я покажу тебе всю истину, то твой слабый земной разум просто помутится от этого. Я принял самый простейший вид. Мне сейчас очень тяжело, будто на меня навесили много тяжести. Но даже такого вида ты не смог бы вынести, если бы не постился перед этим неделю, не причастился вчера в храме, а сегодня ночью несколько часов не творил бы Иисусову молитву. Только благодаря всему этому ты сейчас способен меня видеть.

— Но, пресветлый ангел! — вскрикнул Писатель, — ведь я такой грешный и ничтожный! Мои молитвы слабы и холодны… Я серый и бесталанный, ленивый и унылый. Во мне ещё столько мерзкой гордыни!..