Сказ о Халлеке Торсоне (СИ)

Сказ о Халлеке Торсоне, правителе Нордхейма, властителе Севера, его жизни и свершениях

Пролог

Велик обитаемый мир, и одной из частей его является Нордхейм, земля, расположенная на северном краю материка. Она отгорожена от остального континента горной грядой, называемой Пограничным Хребтом. Но это вовсе не заброшенный край, сюда из северных провинций империи ведут караванные тропы и мощёная дорога — Северный Тракт. Здесь обитают сильные телом и духом люди, мореходы, торговцы, воины, наёмники, рудознатцы и кузнецы. Здесь в потаённых горных ущельях таятся древние сокровища, а на захудалом постоялом дворе можно отыскать артефакт времён Хенлита — первого человеческого государства на тверди Астерии. Именно здесь, на южных склонах Пограничного Хребта, на отрогах Седых Гор, в лесах и среди скал высятся древние родовые замки позднехенлитской знати, а в таверне можно встретить как гнома с Горного Рынка, так и эльфа из заповедных Нимроэнских лесов. Здесь в давно забытых лабораториях хенлитских магов таятся странные, а чаще страшные существа. Но это повествование не только и не столько о всех вышеназванных людях, нелюдях и местах. Это в первую очередь рассказ о великом герое Халлеке Торсоне, истинном сыне своей земли, правителе Нордхейма, властителе Севера, человеке, встретившемся с самим Свальбардом, покровителем этих красивых и жестоких краёв. Рассказ, записанный частично с его слов, частично со слов его спутников и спутниц, друзей и врагов. И тех и других у него было немало.

Двести лет назад изменились океанские течения, омывавшие западное побережье материка, и тёплые потоки заставили отступить вековые льды на север, открыв для свободного мореплавания почти сотню морских миль от побережья. Вместе с течениями сюда пришли ранее не обитавшие породы рыб и морских животных, что резко изменило уклад жизни Нордхейма. Жители Севера, до этого вынужденные добывать себе средства на пропитание в основном наёмничеством и морским разбоем, быстро разобрались в изменившейся обстановке и всего за двадцать лет почти полностью подмяли под себя рынок рыботорговли на севере континента. На этом деле заметно поднялись четыре из примерно двух десятков родов нордхеймцев. Выходцем из одного такого рода был молодой вождь Халлек Торсон, сын кузнеца Хлодвига Торсона. Его мать Мэйв была ювелиром. Право на трон, укрытый медвежьей шкурой, он добыл на тинге рода. Прошлый вождь умер, не оставив преемника, и по обычаям следовало избрать нового на сходе, куда по такому случаю допускались почти все члены рода, даже многие женщины имели право голоса. В месте, где жила семья Халлека Торсона, он уже был известен как умелый охотник и бесстрашный воин, к двадцати пяти годам он побывал в нескольких долгих походах, из которых привёз всего два шрама и целых десять сундуков добычи. Ближние друзья и многие из тех, с кем он ходил за славой и золотом, в шутку предложили ему попытать счастья на тинге. А он возьми да согласись…

…Перекричать множество противников было непросто, но молодые глотки, уже привычные перекрывать рёв океанских штормов, дружно орали:

— Халлек! Халлек!

Им так же дружно возражали:

— Олаф! Олаф!

— Мундинг! Мундинг!

— Хродгар! Хродгар!

Законоговоритель Фриз Хугинсон поморщился. Эхо перепугано металось меж скал Тингвеллира, где собрались представители всех кланов Нордхейма. Каждый клан выставил, разумеется, наиболее крепких и голосистых, ведь здесь немалую роль играло кто кого на голос возьмёт. Вчера все заинтересованные стороны более-менее выяснили отношения (восемь трещин в рёбрах, пятнадцать свёрнутых челюстей, две сломанные руки, зубов добрая горсть), и определились на четырёх соперниках на должность вождя. На девять лет, до следующего Большого Тинга он станет правителем Нордхейма, получая право карать и миловать, награждать и присуждать виру.

Оглядев волнующееся людское море, законоговоритель вздохнул. Прикинув на глаз, с точностью до десятка, количество выданных выборным вымпелов о четырёх цветах, он потянулся к билу и с размаху врезал дубовой киянкой по гонгу. Полутораметровый бронзовый диск весом в полсотни фунтов гулко завибрировал, легко заглушив крики. Эхо, окончательно свихнувшись, отскочило от утёса где-то на краю долины и стихло. Голос у Фриза был зычный и чёткий.

— А ну замолкли все! Поскольку договориться вы, вижу, не сможете, а поддержка у всех соискателей примерно равна, то объявляю суд поединком! По обычному порядку, но с двумя поправками. Первая: бой не до смерти, но до первой крови или потери оружия. Вторая: соискатель может отдать своё право другому, но в таком случае тому придётся провести два поединка, за себя и за отдавшего право. Теперь решайте. Я сказал.

Сторонники Мундинга Лодбарда, довольно пожилого, но крепкого и осанистого бородача, потолклись вокруг своего предводителя, и он вышел вперёд.