Система Безумия

— Ииииии отправка.

Я с облегчением смотрел, как неторопливо поползла вправо полоса загрузки. С этим последним проектом без перерыва и отдыха провозился все последние три дня. Заказчик просил сделать все, как можно скорее, подкрепив данный пункт вкусным авансом и обещанием не менее вкусного бонуса по выполнению, который я уже знал, куда дену.

"Хотя, частично уже дел". — Окидываю взором гору пустых банок из-под энергетиков.

Нормально поспать удалось только последней ночью: спешка-спешкой, но халтуру я гнать не привык. Потому, собственно, и обратились именно ко мне. Так что утром, на свежую голову, все еще раз перепроверил, выявив несколько мелких косяков, и только после этого скомпоновал архив и закинул его заказчику.

"И почему проблемы со связью должны были начаться именно сегодня?" — Мысленно спрашиваю самого себя, закрывая окошко с сообщением об обрыве сигнала. — "Как будто нельзя было выбрать любой из тех трех дней, когда я был занят проектом?"

Последние семьдесят два часа было вообще не до чего. Даже относительно нормально перекусил только единожды, все это время давясь сухомяткой. И вот, все упирается в путем не работающий интернет.

Обидно, черт возьми.

Я безуспешно потерзал комп еще пару минут, а потом плюнул и потянулся за телефоном.

По крайней мере, с ним все было немного лучше, и мобильник показал уверенный сигнал. А после я заметил кучу пропущенных вызовов и с десяток непрочитанных смс.

Разбираться со всеми ними мне было лень, и я сразу перешел в настройки, чтобы раздать столь нужный сейчас интернет с мобильника.

Как-то так получилось, что у меня не было разделения на рабочий и простой номер. Заказы и переписка с клиентами сыпались туда же, куда и звонки немногочисленных знакомых и еще меньшего числа близких приятелей, потому нагромождению пропущенных нисколько не удивился.

Полоса загрузки вновь побежала вправо и на этот раз все-таки достигла финиша, обернувшись радующей глаз и кошелек галочкой.

Теперь подождать, пока клиент оценит проделанную работу, возможно, потребует внести легкие правки, а потом уже можно будет полностью расслабиться.

А пока стоит пойти привести себя в порядок и приготовить нормальный завтрак.

"Или уже обед". — Посмотрел я на старинные настенные часы, чьи стрелки приближалась к половине одиннадцатого. — "Эх, Ника, Ника. И кто тот счастливчик, что поедает твои изысканные блюда?"

С девушкой я расстался уже почти с месяц как. И разошлись мы достаточно ровно. Поначалу было ощущение боли на месте сердца, но я заглушил ее вполне традиционным способом, а потом на меня свалилась череда срочных заказов, и я вновь полностью отдался им.

Такой уж у меня характер. Если за что-то берусь, то по максимуму на этом концентрируюсь.

Сейчас, например, в снимаемой мной квартире на южной окраине Нерезиновска, несмотря на далеко не ранний уже час, стоит сумрак. Закрытые занавески не дают дневному свету разгуляться. Да и интернет-то включил только теперь, а телефон и вовсе был поставлен на световой сигнал и убран в шкаф.

Мой разум был занят только работой и тяжелой музыкой.

Последняя, не сказать, чтобы обязательный атрибут, но лучше уж старый-добрый хэви-метал, чем пьяные разборки соседей сверху или истеричные завывания чьей-то личины снизу, что вошла в пубертатный возраст и теперь считает, что весь мир ей что-то серьезно задолжал.

Я окинул взглядом "свою" однушку и по тесному короткому коридорчику прошел на такую же тесную кухню.

Типичный "бабушкин вариант" с кучей старого хлама и советской мебели, о существовании которой давным-давно забыли и сами хозяева, такого заядлого конформиста, вроде меня, полностью устраивал. Здесь я жил еще со времен своего студенчества, когда окончательно в пух и прах разругался с родственниками и без какого-то четкого плана отправился покорять столицу нашей великой и могучей.

"Давненько же это было". — Подумал я, включая электрическую плиту и залезая в холодильник, который встретил меня типичной картиной заядлого холостяка.

Практически стерильная пустота с несколькими чудом завалявшимися яйцами и куском задубевшего сыра.

Стоит сходить за покупками, благо небольшой ТЦ буквально в двадцати секундах неспешного шага от подъезда.

Это меня, собственно говоря, и расхолаживало. Когда что-то было нужно, просто шел и покупал, а холодильник (на удивление даже не советский, а родом из нулевых), в основном, остужал лишь воздух внутри себя.

Разбив яйца в суперсовременную антипригарную сковороду и с заметным усилием натерев на полупрофессиональной терке то, что когда-то являлось сыром, я, воткнув в розетку старенький телевизор, что повидал еще Брежнева, пошел узнать, что там с заказом.

Все эти кухонные принадлежности были куплены в момент расцвета отношений с Никой, которая пыталась хоть как-то наладить совместный быт. А потом махнула рукой.

Ее характер требовал чего-то большего, чем пыльная съемная однушка, прочно застрявшая в советском прошлом. Я же не очень торопился что-то менять.