Синяя борода

Вряд ли найдется человек, ничего не слыхавший о «Синей бороде». После сказки Ш. Перро, знакомой каждому с детства, на всю жизнь сохраняется в памяти образ злодея-женоубийцы, получившего в конце концов по заслугам. Однако далеко не известно, что в основе сказки о Синей бороде быль. Правда, быль эта — достояние весьма отдалённых времен — в действительности выглядела несколько иначе, чем представил Перро. Но недаром говорят, что истина подчас бывает страшнее вымысла. В этом легко убедиться, вспомнив некую старинную историю, почерпнутую из подлинных документов.

Шла война, война длительная и жестокая, которую историки назовут Столетней. Началась она еще в XIV в., когда возобновились старинные феодальные распри между французским и английским королями. А в XV в. она приняла характер войны народной — у французов, чья территория становилась добычей иноземцев, пробуждался патриотизм, стремление защитить родную землю. И выразительницей этого чувства стала простая крестьянка, Жанна д’Арк, с именем которой связаны победы, предопределившие счастливый для Франции исход войны.

Свою бессмертную эпопею Жанна начала с освобождения от англичан Орлеана. Здесь-то она и встретилась с благородным сеньором Жилем де Ре. Этот молодой дворянин (ему только что исполнилось 23 года) в числе представителей знати явился ко двору Карла VII, чтобы принять участие в войне, и быстро выдвинулся среди других командиров. Жанна, ценившая в воинах прежде всего доблесть и отвагу, выделяла сеньора де Ре, и в дальнейшем он участвовал почти во всех баталиях, возглавляемых ею. По-видимому, героине помимо всего импонировало и внешнее благочестие молодого рыцаря: с собой под Орлеан он привез целую капеллу маленьких певчих, которые сопровождали его во всех переходах. Вместе с Жанной д’Арк сеньор де Ре участвовал и в реймской коронации Карла VII; в самый день торжества ему за воинские заслуги было присвоено звание маршала Франции.

Пленение Орлеанской девы англичанами положило предел военным успехам Жиля де Ре. Вероятно, определенную роль здесь сыграло и падение королевского фаворита де Тремуйля, неизменно покровительствовавшего соратнику Жанны д’Арк. Так или иначе, но вскоре после этих событий, приняв участие еще в нескольких сражениях, сеньор де Ре оставил королевскую службу и в 1435 г. удалился в свои поместья, тем более что к этому времени умер его опекун, и он стал хозяином обширных земельных владений.

Он родился в 1404 г. в замке Шантосе в Анжу в одной из самых знатных семей по масштабам не только провинции, но и всей страны. Внучатый племянник знаменитого полководца Дюгеклена, он принадлежал к старинному роду Монморанси — Лавалей и был наследником двух богатых домов де Ре и де Краон, Оставшегося с 11 лет круглым сиротой Жиля воспитывал дед, Жан де Краон. Впрочем, о воспитании серьезно говорить не приходится: занятый феодальными интригами, требовавшими бесконечных разъездов, дед предоставил мальчика гувернерам, не слишком утруждавшим себя, тем более что их питомец оказался весьма твердым орешком. С ранних лет Жиль обнаружил дерзость, упрямство, заносчивость и жестокость. Рано ступив на путь разврата, он держал в страхе всю округу. Дед, весьма снисходительный к «шалостям» внука, тем не нее поспешил его женить. Брак был устроен по расчёту: Жиля повенчали с Катрин де Туар, богатой наследницей, домены которой соседствовали с его собственными. Подобный брак не мог быть счастливым, более что Жиль не собирался менять своих привычек. Вскоре он сослал супругу в один из отдаленных замков, а когда теща осмелилась потребовать возвращения приданого, похитил почтенную даму и заставил под угрозой смерти отказаться от своих притязаний. Таков был молодой сеньор де Ре к тому времени, когда состоялась его встреча с Жанной д’Арк. Впрочем, умел скрывать свои пороки; храбрости и отваги ему было не занимать, а хоровая капелла, которая его всюду сопровождала, создавала бесстрашному рыцарю репутацию доброго католика.

В 1432 г., еще до того, как Жиль де Ре покинул королевскую службу, умер его дед, оставив внука полным хозяином обширных земель и нескольких замков. Среди них особо выделялись Шантосе, Тифож и Машкуль - его любимая резиденция. За женой он взял поместья Энгран и Пузаж. Теперь он был не только знатен и богат, но и независим: его земли, разбросанные в пограничье Мэна, Анжу и Пуату, находились как бы на рубеже двух юрисдикций, двух законов — феодального права герцогов Бретанских, его дальних родственников, и королевского права династии Валуа. А потому могущественный сеньор мнил себя вне всяких законов, полагая, что может делать все, что заблагорассудится.