Шымдыршы

Нет, это просто бесчеловечно! Назначать саммит на первое января, и к тому же на восемь утра! Безусловно, не нам, ученым, в подобной ситуации диктовать условия. Два месяца напряженнейших переговоров — и теперь первый долгожданный контакт.

Вся новогодняя ночь скомкалась. Что я, что Люша — в думах и фантазиях, дети чувствуют, что попали на чужой праздник, разговор не клеится.

И все-таки приятно, что нас оценили и допустили. Работы — непочатый край, уже сейчас ясно, что если дело пойдет, то основную тему придется… сын бы сказал — задвинуть. Но что такое мои математические абстракции по сравнению с главным событием в истории человечества? Сто пятьдесят академиков и около тридцати докторов наук — авангард российской науки. Три рабочих группы контакта. Три из сорока по всему миру. В один день и час вступят в переговоры с представителями внеземной…

Неведение — самый страшный страх. Сколько было придумано и написано о звездных войнах, нашествиях инопланетян, беззащитности человечества. И как вдребезги разбились эти ксенофобские штампы при столкновении с реальностью! Шесть рас, не схожие ни по внешнему виду, ни по среде обитания, ни… да ни по чему, — работают в сотрудничестве, разыскивая по галактике заселенные миры и устанавливая с молодыми цивилизациями гуманные добрососедские отношения.

Я боялся, что их заинтересуют наши природные ресурсы — об этом ни слова. Что возникнут придирки по поводу социального устройства общества, обращения с домашними животными, использования околоземной орбиты, да какая угодно ерунда, которая помешает нормальным отношениям. Но теперь страхи позади.

Сегодня мы получили от них первый подарок. И не в виде формул или графиков — настоящий комнатный реактор холодного синтеза. Изумительная по изяществу вещь, и это лишь образец. Если они с Мансуром Владимировичем правильно поняли друг друга, за этот год Земля получит около миллиона таких «ручных аэсок».

Нет сна, фантазии будоражат разум. До трех ночи пили чай. У Люши тоже успех — один из кураторов договорился с ней о постоянном рабочем обмене информацией. Если мой контактёр Лохмач больше похож на крупную гривастую лягушку, то своего гостя с непроизносимым именем она описывает как куст чертополоха. Мансур Владимирович — наш ведущий социолог — попал во внимание симпатичной шестиногой змеюки. Ну, он любой змее фору даст, к слову сказать.

Вышел я из центра чуть позже его, а сквозь строй журналистов уже не пробиться. И наш социомэн только что не обгрызает микрофоны. Говорит о несомненном успехе, открывающихся перспективах, убедительных доказательствах…

Глайдер — картинка. Инопланетные дизайнеры нашим итальянцам не уступят. Заостренные формы, стремительный профиль, целое панно сигнальных огней на носу и корме. Управляется одной левой, интуитивно и очевидно. Спасибо президенту за быструю реакцию — персональным указом разрешил полеты на малых высотах. А то гаишники с гражданской авиацией передрались бы из-за этих двухсот чудо-машинок. «Летаю на работу», — повторяю и вслушиваюсь в собственные интонации.

Глайдер я получил за наброски своей теории эхо-полей и числового резонанса. Кто бы мог подумать, что их заинтересуют не только готовые работы, но и черновики. Видимо, только так и можно добраться до звезд. Изучать не только достижения и выверенные теории, но и наброски, размышления, полные ошибок и ложных путей. Обобщать опыт и самим двигаться вперед.

На этот раз лечу с лекцией по математической статистике. Это уже не острие науки, скорее, клинок меча. Людмила, как всегда, рядом. Осторожно выглядывает из окна, рассматривает квадраты полей, миниатюрные опушки, черные полоски дорог.

— Как ваш анализатор поживает? — последнее время летаем молча, каждый в своих раздумьях.

Людмила — умница. Приятно, когда самый близкий человек заслуженно добивается побед на поприще, для посторонних совсем непонятном и загадочном. Она лингвист от бога, но при этом не чурается технических тем. Под ее руководством в рамках нашей группы модифицируется устройство синхронного перевода. Как это важно для всех, знает любой контактёр.

— Представляешь, — Людмила смеется, — зашла речь о написании в кириллице их ритуального обращения. Объясняю своему Сорняку, что по правилам не пишут «ы» после «ж» и «ш». А он упирается, мол, так и только так: шым-дыр-шы. Трэйд марк, понимаешь?

— Ну и как?

— Как! Хотят через «ы» — будет им «ы».

В середине леса, в стороне от дорог — Центр. Сорокаэтажная башня, стекло и металл. Здесь обосновались чужие, здесь работаем мы. Крышу за месяц приспособили под парковку для глайдеров, перемонтировали шахты лифтов, убрали в стороны воздуховоды и антенны.