Шутливый бог

Донован Фокс – лучший шериф-сыщик в городе Ковингтон и его окрестностях. Не скажу, что в нашей почти сельской местности бывало много преступлений. В основном, какая-то бытовуха, хулиганства, мелкие кражи, пьяные буйства. Но Донован Фокс всегда проявлял себя истинной ищейкой. Безжалостно допрашивал, рыл носом землю, искал причину и суть, вгрызался в дело до основания, мог ночевать на работе, пока шёл острый период расследования. И соответственно своему рвению требовал и с нас, своих подчинённых, двоих помощников шерифа, то есть Макса и меня, Лестера Маккари. Прошу любить и жаловать.

Шериф успел даже поучаствовать в «Буре в пустыне» в далёком тысяча девятьсот девяносто первом году. Тогда он был совсем зелёным восемнадцатилетним юнцом. Но пороху успел понюхать. После демобилизации несколько лет проработал в SWAT в Нью-Йорке, а потом по непонятным причинам вернулся в родные пенаты в Луизианну. Где и дослужился до шерифа. Сейчас это был матёрый прожжённый служака под пятьдесят лет с тяжёлым мрачным взглядом, который практически никто не мог выдержать напрямую.

Талант шерифа, его служебное рвение и тщательность отношения к расследуемым делам не могла остаться незамеченной. Его не раз звали на должность начальника отдела специальных расследований в Новый Орлеан. Но Донован был непреклонен. Видимо, насытился жизнью больших городов во время службы в Нью-Йорке.

Как я уже говорил, в нашей местности не случалось серьёзных преступлений. Убийств не было уже несколько лет. Последнее произошло четыре года назад, непреднамеренное убийство: пьяный лихач-путешественник из Хьюстона ночью на полной скорости на своём «мустанге» врезался в выезжающий на трассу пикап Брэда Каннингэма. Боковой удар. Брэд долго не мучился, смерть наступила мгновенно. Пьяный водитель отделался лёгкой царапиной. И пятитилетним сроком. Наша задача была всё верно оформить. Утром приехали копы с конвоем из Хьюстона, всё дело передали им. Лихача судили там же, и наказание отбывать он тоже отправился в Федеральный Центр Заключения в своём родном городе.

Так спокойно было до недавнего времени… Но вот грянул гром, и пришла нежданная беда: в округе начали происходить убийства. Причём не просто убийства, а явные жертвоприношения. Характер убийства повторяющийся: смерть наступала от глубокого разреза шеи тяжёлым длинным и острым предметом, после чего этим же предметом производился удар в сердце, лезвие проходило меж ребёрных костей. Жертв находили обнажёнными и привязанными за вытянутые руки и ноги в круге камней в полях, на заброшенных стройках и фермах, в лесах, на свалке, у реки, пару жертв даже обнаружили на плотах в свободном плавании на озерах Пончартрейн и Морепас – то есть в максимально безлюдных местах. А таких мест у нас немало. Сельская местность вокруг располагает к медленному ритму жизни, к спокойствию и к малолюдности. Некоторые фермеры живут обособленно, имея возможность только на авто добраться до ближайшего оплота цивилизации на расстоянии в несколько миль.

Для нас это было ударом. Мрачный Донован стал ещё мрачнее. Потому что не осталось никаких зацепок. Никаких следов и отпечатков пальцев. И письмена, что были обнаружены на теле жертв и на камнях вокруг, на стенах, если жертвоприношение было совершено в заброшенной ферме, – не поддавались никакой идентификации. Шериф посылал запросы в разные научные институты с фотографиями неизвестных знаков. В ответ ничего, никакие доктора философских наук в области лингвистики и археологии, профессоры понятия не имели о таких символах. К делу подключилось ФБР, оно и понятно: совсем не шутка – двадцать четыре убийства за три месяца. И никаких зацепок, один висяк… Но и у всемогущего агентства тоже не было внятных подвижек в расследовании. Нас не отстранили полностью, но немножко подвинули в сторону, пока дело расследуют федеральные власти. Мне как помощнику шерифа, в общем-то, оно было даже к моему удовлетворению, потому как мелких неурядиц и нарушений никто не отменял, этим тоже должен кто-то заниматься. Я и Макс переключились в обычный режим работы.

А вот шериф Донован переключился в режим работы нон-стоп. Отсутствие достаточного сна заметно сказалось, он слегка осунулся, похудел. Но глаза его горели адским огнём, словно он взял след. И сил у него будто прибавилось. Правда, обычно не курящий шериф теперь жадно поглощал сигариллы, выпитые чашки двойного кофе совсем не поддавались учёту. Это не считая энергетических напитков, которыми он запивал кофе. Но зато он рвал и метал, будто пребывал в нескольких местах одновременно. Успевал посотрудничать с федералами, дать нам пинка по нашей работе, вынюхивал что-то самостоятельно, разъезжая по окрестностям и опрашивая жителей.