Штрафники 2017. Мы будем на этой войне

Предвосхищая вопросы и комментарии, спешим сообщить:

Авторы прекрасно осведомлены о различиях между штрафными батальонами и штрафротами, существовавшими во время Великой Отечественной войны. Однако просим читателя не забывать, что в романе действие происходит в недалеком будущем, потому принципы комплектования этих подразделений изменились.

Мы отнюдь не вдохновлялись сериалом «Штрафбат» и последними творениями Никиты Сергеевича Михалкова. Честно говоря, и то и другое еле смогли высидеть.

Также отнюдь не исключаем наличия в книге каких-либо ляпов или несоответствий с текущими армейскими реалиями. Авторов извиняет только то, что они отслужили свое столь давно, что это уже начинает казаться неправдой.

Еще мы столкнулись с тем, что многие лучшие стратеги и тактики находятся где угодно, но только не в рядах наших доблестных Вооруженных сил. Потому заранее просим направить все ваши знания, умения и навыки в более полезную для Отечества сторону, нежели на зубоскальство над полным вопиющей безграмотности романом двух абсолютных профанов.

Авторы считают свою книгу не просто «фантастикой», а романом-предупреждением. Им крайне не хочется описанного в «Штрафниках» развития событий. Однако случись что — мы будем выполнять наш долг. Вот только сидеть в одних окопах с теми, кто «раскачивает лодку», не собираемся. Хотя власть предержащую надо держать в тонусе — с этим полностью согласны.

И заранее приносим извинения за жесткие, порой жестокие сцены и ряд нецензурных выражений — по-другому написать не получилось. Иногда жизнь требует того, что в литературе пытаются стыдливо завуалировать. Но мы честно старались, чтобы всего этого безобразия было как можно меньше.

С уважением, Сергей Лобанов

и Дмитрий Дашко

Из Конституции Российской Федерации:

Давайте, уважаемый читатель, на минуту представим себя этак в году тридцатом двадцатого столетия. Мы, кто хорошо, а кто лишь в общих чертах, знаем, как развивались события той эпохи. Мир стоял на пороге Второй мировой войны.

И вот, представьте, как мы подходим к какому-нибудь человеку из того времени и начинаем рассказывать ему, какие ужасы вскоре ожидают мир. Миллионные жертвы, глобальные разрушения, концентрационные лагеря, крематории, геноцид, газовые камеры, бесчеловечные опыты нацистских врачей над военнопленными, и прочее и прочее.

Как думаете, что сказал бы человек той эпохи? В лучшем случае он покрутил бы пальцем у виска. Да разве возможно подобное, если мир совсем недавно пережил Первую мировую войну? Никогда!

Нас сочли бы сумасшедшими.

Ну, да ладно. Вернемся в наше время.

Сейчас ситуация весьма напоминает ту эпоху.

Начавшийся в 2008 году мировой кризис очень похож на коллапс 1929 года. Как все мы помним, он привел ко Второй мировой войне…

Некоторые события, имеющие то или иное значение для истории человечества в целом, порой повторяются пусть не в точности, но развиваются по похожему сценарию.

Разве нет?

Воля ваша.

А теперь, уважаемый читатель, давайте перенесемся чуть вперед. В год 2017 — год начала гражданской войны в России.

Центральный проспект запрудила возбужденная толпа. Казалось, весь город вышел сегодня на улицы.

Картина могла напугать любого стороннего наблюдателя: тысячи доведенных до исступления людей, горящие глаза, гневные лица, разинутые в крике рты, над головами торчащие вкривь и вкось транспаранты.

Крики и вопли, сливаясь в нескончаемый гомон, носились по улице и проулкам. Этот нестройный гул пронзали многочисленные сирены полицейских автомобилей.

Стражи порядка в синем камуфляже, сферических касках, с прозрачными щитами и резиновыми палками в руках плотным строем оттесняли поток митингующих от памятника Ленину.

Другие полицейские, повалив выставленные легкие ограждения, ринулись к жиденькой толпе мужчин и женщин, жмущихся на возвышении у памятника и пытающихся хоть как-то руководить беснующейся человеческой массой. Плотный лысоватый мужчина, один из организаторов митинга, что-то кричал в микрофон. Тот сильно фонил, и потому слова сливались с давящим на уши гулом. Разобрать хоть что-нибудь было невозможно, но, казалось, никто и не стремился к этому.

Полицейские налетели коршунами. Легко совладали с почти не сопротивляющимися людьми и, заломив им руки, повели к стоявшему неподалеку «пазику» с зашторенными окнами и открытыми передними дверями. После небольшого обыска задержанных заталкивали внутрь. На протесты стражи порядка внимания не обращали, более того — могли добавить от себя тем, кто начинал артачиться.

Арест организаторов заметили. От основной толпы митингующих понеслось вначале слабое, но быстро набравшее силу: «Позор!!!», «Позор!!!», «Позор!!!»