Шпионаж: война без тыла и фронта

Мир, в котором мы живем, немыслим без шпионов и разведчиков. Мэтры казуистики преуспели, и разведчик окружен почитанием, а шпион – презрением. Так в чем же разница между ними? Доверимся признанному знатоку русского языка В.И. Далю. Согласно ему, между этими понятиями особой разницы нет. Разведчика любой страны, будь он разоблачен в противоборствующей державе, конечно же, назовут шпионом. Таким образом, разница между шпионажем и разведкой лишь в общественном, политическом и эмоциональном восприятии этих слов, ибо цели, методы и техника работы как разведчиков, так и шпионов абсолютно идентичны.

До недавних пор шпионский промысел считался занятием непрестижным и даже грязным. Со временем отношение к нему и к людям, в него вовлеченным, изменилось, и сегодня многие шпионы (разведчики) не то что не стыдятся своего прошлого, – гордятся им. За примерами далеко ходить не надо: экс-президент США Джордж Буш-старший и президент РФ Владимир Путин…

Который век подряд шпионская рампа манит своими огнями миллионы зрителей, и шпионские сюжеты остаются одними из самых востребованных в литературе и в мировом кинематографе. Да, шпионаж сродни спектаклю в обычном театре, но при этом страсти там всамделишные, а его драматургия не знает дублей, оваций и цветов. Как и стрельбы. Ведь «если шпион взялся за пистолет, значит, его дело уже проиграно» – эта старая истина актуальна и в наши дни. Потому что главным оружием шпиона (разведчика) всегда был, есть и будет интеллект, помноженный на знания, опыт и… удачу.

Большинство представленных в книге персонажей и событий неизвестны даже просвещенным почитателям шпионских боевиков. Вместе с тем те персоналии, чьи имена на слуху, такие как родитель Джеймса Бонда Ян Флеминг и отец Робинзона Крузо Даниель Дефо; полководец Александр Суворов и лейтенант Шмидт; агент-провокатор Азеф и террорист Блюмкин, предстают в неожиданном ракурсе…

Английский период своей разведывательной жизни «Бен» назвал периодом двух «Т» – триумфально-трагическим. И неспроста: добившись в Англии блестящих успехов, там же он стал жертвой предательства и угодил в тюрьму вместе со своими связниками Моррисом и Леонтиной Коэн и поставщиками секретной информации Гарри Хаутоном и Этель Джи.

Рассказывает Моррис Коэн: «Я родился 2 июля 1910 года в Нью-Йорке в семье выходцев из России: мой отец родом из-под Киева, а мама из Вильно. В нашем доме на Ист-Сайде часто собирались эмигранты из России и Украины, слушали привезенные с собой грампластинки, пели народные песни, а по праздникам танцевали польку и гопак. Но самое большое впечатление на меня произвели их рассказы о загадочной стране России. И всякий раз, слушая их воспоминания, я все более хотел хоть одним глазом увидеть родину моих предков. С возрастом желание это только укреплялось.

В колледже я был капитаном команды регби, и спортивной стипендии хватило, чтобы оплатить мою учебу в Колумбийском университете. Окончив его в 1935 году, я стал преподавать историю в средней школе Иллинойса.

В 1936 году я вернулся домой, вступил в компартию США и начал работать в ее нью-йоркском отделении. Из-за жуткой безработицы в городе с моим дипломом трудоустроиться было невозможно, и почти год я перебивался случайными заработками: был наборщиком в типографии, слесарем на заводе, портье в отеле. Все это время я вел агитационную работу, распространял газету компартии.

В мае 1937 года на антифашистском митинге я познакомился с красивой девушкой Лоной Петке. Двумя месяцами позже я в составе интернациональной бригады уехал воевать в Испанию. Там был тяжело ранен, но и после госпиталя продолжил сражаться на стороне республиканцев…»

Справка из архива СВР: «В июле 1938 года в поле зрения резидента НКВД в Испании генерала Фельдбина (кодовое имя “Швед”) попал гражданин США Моррис Коэн. Установив с ним личный контакт и проведя блиц-проверку, “Швед” завербовал его в качестве агента под псевдонимом “Луис”.

В направленном в Центр рапорте о вербовке Коэна “Швед”, в частности, отмечал:

“Дав согласие на сотрудничество с советской разведкой, “Луис” в полной мере отдавал себе отчет на что идет. Уверен, что им двигала не страсть к приключениям, а политические убеждения, верность идеалам социализма, делу мировой революции, которым он решил посвятить всю свою жизнь”».