Шанс

А. Писанко

ШАНС

- Пока все идет хорошо, - оптимистически

заметил пьяный маляр, падая с самого верха

телевизионной вышки.

(из малоизвестного анекдота

недавнего времени)

На кухне было холодно. Сергей передернул плечами и притронулся к батареям - чуть тепленькие. Он вернулся в комнату, быстро скинул с себя рубаху и надел свитер, который, как правило, никогда не снимал на ночь. Зима выдалась необычайно холодная, и вечером, перед сном, его всегда знобило. А тут еще это чертово отопление барахлит! Он снова прошел на кухню, поставил чайник на плитку и неожиданно вспомнил свои семейные ужины - совсем недавние, будто это было только вчера. Тяжело вздохнул и сел на стул. И что за супруга ему досталась? Чуть что - сразу из дому, к родителям! Ни выпить, ни друзей привести - наказание да и только! А на этот раз совсем сдурела - уже третий месяц, как ушла. Ни слуху ни духу! Прямо беда. Он зло сплюнул. Плевок получился воздушный, ненастоящий. Чертыхнулся, не зная на кого, - то ли на неудавшийся плевок, то ли на неудавшуюся женитьбу,- достал из тумбочки бумажный сверток, вытряхнул из него три засохших пряника, подумал, поджав губы, и один вернул обратно. Затем налил стакан чаю, старательно размочил в нем свой нехитрый ужин и неторопясь проглотил. После вынул пачку "Астры", достал сигарету, опять подумал, теперь выпятив губы, и извлек оттуда "бычок", а сигарету положил обратно. Закурил, посидел немного в задумчивости, потом встал, стряхнул со стола крошки, бросил грязный стакан в раковину и, позевывая, направился в спальню.

...Удар пришелся точно в лоб. Сергей вскинул руки и рухнул в вязкую вонючую жижу. Трясина неохотно окутала беспомощное, судорожно трепыхающееся тело - и он стал медленно погружаться в цепкое отвратительное месиво. Задыхаясь и захлебываясь, Сергей почему-то не в силах был даже вскрикнуть, отчаянно заголосить, позвать на помощь - рот открывался, но звука не было. А может, он просто не слышал его - оглох от страха, жуткого, всеохватывающего, в один миг превратившего его в жалкое, никчемное, совершенно беспомощное существо. Помощь пришла нежданно-негаданно, и ужас, который вот-вот должен был охватить Все его еще цепляющееся за жизнь сознание, вдруг сделался, как бы, сторонним, несущественным и казался ничтожно малым по сравнению с другим, более реальным, более ощутимым, а точнее - огромной трехпалой чешуйчатой ручищей, неожиданно ниспадшей откуда-то сверху, грубо схватившей его за шиворот и резко, со смачным чмоканьем извлекшей его мокрое трепыхающееся тело из болота, затем слегка помотавшей им из стороны в сторону, словно стряхивая с него старую, давно опостылевшую ей грязь, и после чего небрежно швырнувшей его... на койку.