Шаг в сторону. За чертой инстинкта

Это случилось в начале семидесятых годов двадцатого века в живописной российской глубинке. Яркое летнее солнце топило воздух и землю, отчего в середине дня не то что люди, но звери и птицы затаились в тени до вечерней прохлады. Тишину поспевающей на колхозном поле пшеницы не нарушал даже ленивый тёплый ветерок – только неутомимые кузнечики словно плели над разомлевшей от зноя землёй паутину своего незамысловатого стрекотания.

В этой сладостной расслабляющей истоме вдруг загорелся стоящий у края поля колхозный трактор. Поначалу робко и беззаботно, под стать разленившейся природе и не посягая на монотонное звучание невидимого оркестра, а вскоре – высоко и широко, поднимаясь огненным голосом до стрекотания беззаботных насекомых и перекрывая его. То ли нестерпимая жара воспламенила что-то в небрежно оставленной машине, то ли бросил кто-то незатушенный окурок, или ещё что-то непредвиденное стряслось, но это не главное в понимании последующих событий, тем более что истинную причину пожара так и не удалось потом установить. Главное – огонь полностью охватил трактор и принялся уже за поспевающую пшеницу, вплотную подходящую к посёлку, а рядом оказались два живущих в этом посёлке человека. Судьба неотвратимо привела их в ту точку пространства, времени и обстоятельств, где нужно было незамедлительно делать выбор. Очень жёсткий выбор, поскольку пламя набрало уже хорошую силу и само в такую жару и сушь отступить не могло. Эти единственные оказавшиеся поблизости люди, никогда ранее в такую ситуацию не попадавшие, могли либо броситься тушить пожар, либо уйти подальше и не проявлять никакого героизма. Но один из этих людей, восемнадцатилетний Толя Мерзлов, кинулся в пламя, отчаянно начал его тушить и… погиб в итоге в неравной борьбе с разбушевавшейся стихией. Другой же свидетель пожара на колхозном поле шагнул в сторону. И остался жив.

Понятно, после такого начала хочется больше узнать о шагнувшем в огонь человеке и о том, как и почему совершил он подобный поступок. Об этом событии под Рязанью было написано несколько подробных статей в главной в то время молодёжной газете страны «Комсомольская правда», после которых в редакцию посыпались письма. Нужно ли оценивать его поступок как геройский, оправданная ли это смерть? Какие личные качества и духовные ценности заставили парня шагнуть в огонь? Кто в подобной ситуации поступил бы так же, а кто осознанно не стал бы рисковать своей жизнью ради колхозного имущества? Разговор об Анатолии Мерзлове, погибшем в том огне, и о людях, которые проявляют в необычных ситуациях качества, свойственные человеку как разумному существу с высокими духовными ценностями, будет во второй книге моей трилогии.

А в этой речь пойдёт о людях, которые в критических обстоятельствах, что называется, «пасуют», уходят в сторону. Делают шаг в сторону не только от чреватых опасностью для их здоровья и жизни внешних обстоятельств, но и от того, что мы понимаем как проявление высоты человеческого духа. То есть о таком поведении людей в необычных ситуациях, которое в определённой мере обозначил шаг того, другого человека в сторону от пожара на колхозном поле с пшеницей – подальше от огня. Подальше от пусть морально высоко оцениваемого обществом, но чреватого опасностью героизма. Спасение собственной шкуры и бездействие в ситуациях, когда нужно и должно помочь нуждающимся в этой помощи. Или, наоборот, бессмысленный риск собственной, а порой даже чужой жизнью ради материальных ценностей. Установление власти над другими людьми, упоение ею и жажда лёгкой наживы, чрезмерные страдания от возникающих личных проблем и неоправданное перекладывание их на окружающих.

Люди есть люди. Схожие воспитанием и условиями быта, физическими данными и принадлежностью к одной идеологии или религии. Похожие даже поведением в обычных ситуациях, они в непривычных для них, экстремальных обстоятельствах вдруг выдают такое, что их близкие и хорошие знакомые хватаются за голову и восклицают: «Не может быть!» Потому что, кроме биологических, инстинктивных опор, являющихся главными в поведении животных, которое от этого становится весьма предсказуемым, поведение человека определяется огромным набором психических и социальных мотивов. Таких как семейные и общественные ценности, религиозные и идеологические взгляды, совесть и долг, интеллектуальный уровень, карьера, понятие смысла жизни. И многое другое, что, подобно скрывающимся в земле корням дерева, уходит ещё в необъятную и важную для поведения человека сферу его психики – бессознательное. И если в обычных ситуациях человек как бы играет прочно усвоенную социальную роль, то чрезвычайные условия, заставляющие действовать, обнажают его внутреннюю суть. Порой не очень понятную и приятную окружающим, да и ему самому. Поведение людей здесь куда более разнообразно и менее предсказуемо.