Шаг из тьмы 3 (СИ)

Полоцк

Всеслав Василькович смотрел на пятёрку весьма колоритных персонажей, словно пришедших из времён его далёких предков. Здоровенные мужи в доброй броне, у каждого длинные усы и оселедец на бритой голове. Взгляд прямой и решительный. В старые времена именно такие вершили историю, ходили на франков и саксов, вместе с Олегом давали просраться гордым ромеям, а под знамёнами Святослава заставили трепетать перед Русью все окрестные народы. Но время варягов с викингами безвозвратно прошло. Они это понимают, потому и здесь.

Но вот что делать c ними и их предложением он пока не понимал. Приплыли три дня назад; не скупясь на подарки, быстро выяснили кто может организовать их приватную встречу с князем. Видать хорошо одарились, так как желающие посодействовать нашлись быстро. Мало ли по какому поводу народ хочет встретиться с князем?!Чего угодно, но такого Всеслав не ожидал. Изгнанники с Руяна, хотя, теперь уже с Рюгена, рассказали не такую уж и невероятную историю, но её последствия…

Суть, по их словам, была в следующем: после их вынужденного оставления родины, судьба забросила их в новгородские земли. Однако, давнее соперничество словен и руси не забыто в новгородской земле, посему отнеслись к ним довольно холодно, — как к изгоям. Хотя, ещё недавно половина купечества была у них частым гостем и клялась в вечной дружбе. Но они не в обиде, ибо Доля и Недоля всегда играют людскими судьбами и ещё неизвестно, как повернётся дальнейшая судьба у тех, кто отказался от старой дружбы, променяв её на куны.

Так бы они и вели жизнь изгоев, но вдруг подвернулся — в лице одного новгородского купца — случай всё изменить. Купец тот много лет вёл свои дела с Полоцком, перевозя свой товар через Варяжское море, а затем вверх по Двине. Но в тот раз Доля отвернулась от него: пограбили его в самом устье германцы, что поставили там не так давно свой городок. Купец оказался весьма состоятельным, да к тому же имел влиятельных друзей для того, чтобы отомстить. Но дело обещало быть не слишком прибыльным, посему из новгородцев мало нашлось охотников, в отличие от несчастных изгоев, которым терять было абсолютно нечего.

Взяли они тот городок изгоном, побив всего десяток глупцов, вздумавших сопротивляться. Купец обидчиков своих наказал, с жителей за татьбу виру стребовал и с новгородцами убрался восвояси. Вся же русь осталась в городке, решив бить челом полоцкому князю, дабы он принял их под руку свою вместе с городком германским. Они были готовы переселиться с новгородских земель и ещё пригласить всех рода русского, кто сейчас в своих землях от германцев терпит притеснения. А прежде чем дать ответ, Всеславу предлагали подумать над дальнейшей жизнью княжества. Ведь все ливы и так платят ему дань, значит и земли по берегам Двины фактически его. Почему тогда германцы не платят ему налоги за торговлю с ливами русью? Что будет, когда германцы окрепнут? А если новгородцы, с которыми у Полоцка уже сто лет замятня, решат взять себе эти земли? Хоть так, хоть так, но вся торговля с закатом будет для его купцов закрыта. Нужно ли ему сие?

В то время, как они обещают быть верными подданными, блюсти его интересы в тех землях, подчиняться наместнику, которого он над ними поставит. А со временем, кто знает как жизнь повернётся, может появиться у него новый удел в княжестве. Взамен, просили защиты от германцев и новгородцев, с которыми, по их мнению, ещё ни раз придётся пересечься. Понимают они проблему с их верой, которая противна князю, и готовы принять от него мужей, что будут средь них проповедовать. Обещали насилия над ними не чинить, крещению не препятствовать, но в ответ просили насильно в христианство никого не обращать.

Предложение безусловно интересное и смелое, особенно если учесть, что так далеко влияние княжества не распространялось даже при Чародее. Никогда ливы, живущие у моря, не платили Полоцку дань. Но ведь полностью правы варяги: как только закроют ему устье Двины, так и кончится его торговля. И так родичи, будь они не ладны, обложили со всех сторон: с Новгородом ни войны ни мира уже несколько поколений, дикая литва всё чаще тревожит границы. Всё настолько плохо, что уже много лет Полоцкие князья вынуждены плясать под дудку Смоленска. А если ещё и закупорят устье Двины, княжеству придёт конец. Не сразу. Два, может три поколения они протянут на внутренних резервах и том запасе прочности, что оставил после себя Чародей. Но небольше, ибо наследство его уже порядком растрачено в бесконечных внешних войнах и участившихся внутренних конфликтах. Всеслав прекрасно помнил историю своего негаданного возвращения на полоцкий стол, которое ничем, кроме Божественного вмешательства, объяснить невозможно.