Ш из Б 2 (СИ)

— Дивин! — Майор Багдасарян махал издали рукой, подзывая к себе.

Григорий резко изменил направление движения. Первоначально он намеревался подойти к командиру полка, который стоял неподалеку и беседовал о чем-то с одним из перегонщиков. Но благоразумно решил не игнорировать комиссара. Тем более, что пообщавшись с ним можно узнать что-нибудь полезное, вроде того, в каком нынче настроении пребывает Хромов. А то попадешь под горячую руку и словишь пару неласковых слов.

— Товарищ майор, лейтенант Дивин...

— Заканчивай, не на плацу, — отмахнулся Багдасарян. — Ты куда так резво мчался?

— Хотел обратиться к командиру полка, — не стал играть в стойкого разведчика экспат. — Думал, попросить его разрешения, чтобы он помог оставить у нас нескольких пилотов из команды перегонщиков. Они к нам обратились с просьбой. Я поговорил с несколькими — толковые ребята. Мы бы их поднатаскали малость, да включили в боевой расчет, а то, сами знаете, с летчиками теперь ситуация аховая.

Замполит скривился.

— Не спеши, — посоветовал он. — Тебя уже опередили. Видишь, один из них уже разговаривает с Хромовым? Угадай, на какую тему? Так что и без твоего заступничества, я думаю, обойдутся. Скажи-ка мне лучше, с машиной Рыжкова техники смогли разобраться?

— Да, — ответил Григорий, немного недоумевая, с чего вдруг комиссар озаботился состоянием одного из штурмовиков. — Заверили, что маслорадиатор заменили, движок опробовали и теперь самолет вновь готов к вылету. А что, срочное задание появилось?

— Возможно, — уклончиво ответил Багдасарян. — Правда, не сегодня. Ладно, ступай пока.

— Есть, — недоуменно козырнул экспат.

Тоже мне, конспиратор, несколько раздраженно подумал он. Сказал бы прямо, что нужно, да и вся недолга. Нет, крутит что-то, туман напускает. Заняться что ли нечем больше? Ну и хрен с вами, решил Григорий. Как говорится, была бы шея, а хомут найдется. О, вон и Тая вышла, пойду-ка лучше заберу у нее кулек с едой для Шварца.

— Гриш, а у меня для тебя подарок есть! — сказала девушка с таинственным видом.

— Еще одна балаклава? — улыбнулся экспат. — Так я вроде ту еще не сносил.

— Да ну тебя, — обиделась Тая. — Вот возьму и не покажу.

— Виноват, обещаю исправиться! — Григорий покаянно опустил голову. — Смиренно жду приговора.

— Клоун! — официантка легонько щелкнула его по лбу. — Ладно, держи. — Она сунула ему в руки узкий бумажный конверт. Точнее, что-то, завернутое в бумагу, как сообразил Дивин, взяв вещь в руки.

— Разворачивай скорее! — нетерпеливо подтолкнула его девушка.

Экспат зашуршал оберткой.

— Ух ты, как тебе удалось их достать, наши интенданты пока ведь не получили новую форму?

В свертке оказались новенькие, еще не вошедшие в армейский обиход, погоны. Прорва тогда, перед Новым Годом, оказался прав — в середине января летчикам зачитали приказ, в котором действительно говорилось о введении для военнослужащих новых знаков различия. С начала февраля предполагалось переобмундировать личный состав, но, как обычно, дело продвигалось туго.

— Не скажу, — лукаво улыбнулась Тая. — Нравится?

Григорий с интересом осмотрел неожиданный подарок. Широкие, пятиугольные, с тонким голубым просветом и маленькими лейтенантскими звездочками по обе стороны от него. В Империи погоны выглядели иначе — гораздо уже, прямоугольные и однотонные. Исключение составляли только парадные. Да, и звезды были с восемью лучами.

— Неожиданно, — честно признался Дивин. — Ты меня ошарашила. Даже не знаю, что и сказать.

— А ты и не говори ничего, — сказала девушка и вдруг прижалась к нему, уткнувшись в плечо, крепко обхватила руками. — Просто возвращайся всегда, ладно? — глухо попросила она.

— Обещаю, — хрипло ответил экспат дрогнувшим голосом.

Приземлившись после очередного тренировочного полета в компании с Кармановым, Григорий в очередной же раз выматерился. Нет, ну что за дерево?! Казалось бы, капитан далеко не идиот, учился еще до войны по нормальной, а не сокращенной программе и, поди ж ты, ориентируется так... да никак он не ориентируется! Плутает в трех соснах, простейшие ориентиры запомнить не в состоянии. Как с ним на задание идти, заведет к немцам, все там и останемся. При этом гонора, словно главный топограф РККА — ты ему подсказываешь, а он нос воротит. Наверное, вот с таких крылатый анекдот про командиров, что карту достали, а, значит, сейчас начнут дорогу спрашивать, люди придумали.

— Скажи честно, — поймал лейтенант Катункина, — как ты с новым комэском умудрился назад вернуться, он же восток с западом путает? Признавайся по-хорошему, ты вел?

— Я — покраснел сержант. — Товарищ капитан велел помалкивать.

— Ты нормальный? — взорвался Дивин. — Нам с ним в бой идти.

— Но я думал, что вы поведете, — растерялся Катункин. — Или, на худой конец, все вместе ему подскажем, куда лететь.

— Вот это ты хорошо придумал! — зло оскалился Григорий. — Вместо того, чтобы немцев бить, будем Карманова опекать. А «мессеры» с «фоккерами» в это время в сторонке полетают и подождут, пока мы освободимся. Так?