Сердце Вселенной

Лисс бежала по белоснежному песчаному берегу моря. Прохладная солёная вода время от времени касалась её ступней, после чего мигом возвращалась обратно в глубь, словно удивленная самим этим прикосновением. Влажный и липкий ветер трепал короткие черные волосы девушки, то и дело роняя их на её яркие фиолетовые глаза. Лисс жмурилась, быстро смахивая непокорные локоны рукой куда-то в сторону, стараясь при этом не сбавлять темп бега. Песок расходился под её ногами, казалось, что она вот-вот упадёт, завязнет в нём, и уже не сможет подняться. Будто бы предчувствуя подобный исход девушка лишь сильнее отталкивалась от земли, словно пытаясь дать сдачи коварному обидчику. Слёзы ручьями текли по её щекам, тяжелыми крупными каплями падая вниз, превращаясь в неотъемлемую часть не менее солёного моря. Оно же в свою очередь по пятам следовало за героиней, как верная горничная, вытирая все упавшие капли и заметая следы.

Вдалеке, где берег переходил в каменную насыпь, стояло две высоких фигуры. Их взоры были направлены на бегущую к ним девушку. Она была так близко, но в то же время как бы ни старалась, не могла приблизится к ним хотя бы на метр. Казалось, что ветер, песок и море, все вокруг удерживало её, отталкивая назад. Одинокие зрители распахнули руки в приветственном жесте, позволив сильным потокам воздуха блуждать между складок их длинных одежд. Лица их выражали небывалую радость, смешанную с лёгкой тоской. Прошло столько времени, но они не переставали ждать и надеяться. Хотя им впору было покинуть берег, никогда к нему не возвращаться, но они всё ещё были здесь. И их ожидание окупилось сполна.

Лисс, уже изрядно выбившись из сил, сделала последний рывок в сторону встречавших её людей. Проделав такой большой путь, она мечтала лишь о том, чтобы оказаться в их объятиях и больше никогда не отпускать. Сколько историй она могла бы рассказать им, сколько потрясающих рассказов. Она уже представляла как, укутавшись в теплый плед, взяв в руки стакан с обжигающе горячим напитком, будет рассказывать обо всём увиденном ею. Истории, которые могли поразить воображение, или же совсем им противоположные, от которых кровь стынет в жилах. Их можно было чередовать между собой, тасовать как колоду игральных карт.

Песок под ногами стал плотнее и постепенно и вовсе сменился на прохладные гладкие камни. Девушка замедлила бег, стараясь не поскользнуться. Счастье переполняло её с ног до головы, и даже глаза, уставшие от бесконечных слёз, продолжали искриться чистым и ярким светом, словно бенгальские огни. Сколько времени прошло с тех пор, когда она последний раз видела этот пляж, эти яркие изумрудные горы и лазурно голубую водную гладь? Нельзя было точно сказать наверняка. Прошло слишком много дней, недель, лет, чтобы всё ещё вести их доскональный подсчёт. Лисс сбилась со счёта, когда, заведенный специально для этого блокнот исчерпал все страницы. Несмотря на это, девушка всё ещё носила его с собой в сумке, как напоминание. Сейчас оно уже не имело значения, но как будет забавно сравнить это потрепанную кипу бумаг с другой, хранившейся в доме. Они ведь наверняка вели записи, также как и Лисс. И теперь это может быть хорошей шуткой, очередной интересной историей, которую можно будет рассказать дальним родственникам или соседям.

Ноги разъезжались в стороны на мокрых камнях, отказываясь слушаться и повиноваться. Колени начали сильно дрожать. Потеряв равновесие и всякую координацию, девушка рухнула в раскрытые руки, крепко вцепившись в талию и плечи одной из фигур, наблюдавшей за ней всё это время. Высокая женщина со слегка растрепанными пышными кудрями сжала Лисс в тёплых, любящих объятиях. Мужчина, стоявший рядом аккуратно погладил девушку по голове, пока та продолжала плакать, уткнувшись носом в длинное платье с цветами.

Всё вокруг начало медленно заполняться белой дымкой, в разы плотнее, чем любой известный миру туман. Море стало на удивление тихим и постепенно напрочь растворилось, забрав с собой мокрый блестящий песок, высокие, поросшие деревьями горы и каменистую насыпь. Мир таял на глазах, и уже с мгновенье спустя исчез полностью, оставив лишь абсолютное ничего, бесконечное и неделимое. Лисс проснулась.