Сердце дракона

Утро пекаря

«Их легионы, подобно саранче, возникли со всех сторон света. Подавили и прожгли огнем брешь в нашем народе и доме! Но мы воспрянем, как делали это наши предки, будем биться за последний рубеж, что был выстроен плотью и кровью падших в тех боях!»

Речь Иотгуля IV перед восстанием в городе Пелладе, против эльфийского режима. Запись 4371 летописца Ариэрна.

Ранним утром над Гердарией раздался огромный хлопок. Тронутая розовым, утренняя синева рассвета окрасилась в ядовито-изумрудный цвет. Трубы на дозорных постах загудели, оповещая об опасности. Вартараны, что еще крепко спали в своих постелях, не сразу поняли, что пришла беда. Только мальчишки, что разносили письма, смотрители фонарей и пьяницы, возвращающиеся из остерий, застыли, наблюдая за этот момент.

Прошло несколько минут, как по улицам побежала стража, облаченная в доспехи. Вартараны, словно малые дети, даже и представить себе не могли, что когда-нибудь враг подойдет к их порогам. Стража в Гердарии была больше для контроля особо буйных голов, что перепили в обеденный перерыв и к вечеру так и не смогли вернуться к работе.

В дома стали стучаться солдаты, крича о нападении. Те, кто смог собраться с мыслями от резкого пробуждения, тут же начинали акричать, не веря услышанному, и собирать самое необходимое, другие же просто выскакивали из домов в ночных рубахах и босиком бежали по брусчатым дорогам в зону эвакуации.

Стражники и сами до конца не понимали того, что они делают. Просто следовали инструкциям, которые давно прописал один из царей, многим из них казалось неправильным быть сейчас здесь. Кто-то из стражников посреди эвакуации просто бросал на землю оружие, срывал с себя военный плащ и устремлялся прочь! Они спешили по своим домам, к женам и детям, спасая свои жизни. Даже командиры стражи не могли повлиять на это. Пока жители бежали прочь, у дозорных постов начинали греметь взрывы от колдовства, по небу забегали молнии, а едкий черный дым стал вздыматься к небу. В городе за считанные минуты воцарилась паника, слаженная эвакуация мирного населения превратилась в мгновенную давку с женскими криками и плачем детей. Все пытались в первую очередь спасти себя, кто-то прятался по закоулкам, кто-то, совсем обезумев от происходящего, закрылся у себя дома и просто старался не дышать, будто беда пройдет мимо, если они будут вести себя тихо.

Среди всего этого в одной ночной рубахе оказался и молодой пекарь Элай. Его вытащили из дома крепкие руки стражника, который пытался объяснить, что на Гердарию напали. Поняв, что разум еще дремлет, он просто вытащил Элая из дома и несколькими толчками заставил бежать вместе с остальными вартаранами. Только через несколько минут пекарь понял, что происходит, когда со стороны форпоста раздался гул и сильный взрыв. Он заглушил возмущенные возгласы и породил панику на улицах города!

Элай буквально замер, увидев, как в небе пляшут темно-синие молнии, заливающие округу! Они били с неба прямо в землю Осознав, что беды не избежать, Элай попытался продвинуться против толпы. Он понял, что босиком далеко не убежать, тем более что деньги и грамоты гражданина остались дома. Преодолевая сильный поток людей, он старался держаться края домов. В глазах жителей он видел неподдельный ужас, который и его сердце заставлял покрыться коркой льда от страха, но навязчивая мысль вернуться домой заставляла его двигаться вперед. Благо стражник успел увести его не так далеко. Он цеплялся за декоративные колонны, что стояли практически у каждого дома на его улице, когда на него выбежало несколько напуганных объятых паникой вартаранов. Он только и успел, что пригнуться за большой клумбой. Один из них перепрыгнул прямо через него и продолжил бегство.

Элай забрался на навес у крыльца соседнего дома, что стоял рядом с его, в надежде на то, что сможет перебраться к себе в открытое окно спальни. В тот самый момент со стороны главного городского въезда, где стояла таможенная станция раздался еще один хлопок, и небо окрасилось багровым цветом! В небе закружили вихри, и посыпались огненные осколки, которые накрывали все вокруг! Глаза Элая расширились, вертикальные зрачки заняли практически весь глаз, когда он увидел их.