Сердце дракона. Том 14

– Значит Императора знает, кто я такой? – Хаджар, подперев подбородок левой рукой, правой передвинул фигуру на пару клеток вперед. В результате его конь атаковал вражеского слона.

– Да, – коротко и ясно ответил Чин’Име.

Он слегка дернул когтистым указательным пальцем и пешка, под четким руководством воли драконьего волшебника сделала движение вперед, защитив стоявшего наискосок от неё слона.

Они сидели на все той же вершине пика в центре Павильона Волшебного Рассвета и предавались игре в шахматы. Если честно, раньше, Хаджар не очень любил эту игру.

Возможно, это был связано с тем, что шахматы, когда-то, стали испытанием, которое ему пришлось пройти у Травеса. А может просто – был слишком молод для того, чтобы найти красоту в передвижении безжизненных фигур по чернобелому полю из шестидесяти четырех клеток.

Теперь же, спустя годы, он находил в этом некий смысл – особенно когда они просто отнимали время, а служили дополнением к беседе.

– Ты в этом уверен? – ладья проскользила вдоль линии горизонта, замерев так, чтобы опустить перпендикуляр на все того же слона, добавив к нему лишнее нападение.

Теперь, если противник захочет разменять ценный ресурс, ему придется потерять не такой уж и важный – пешку. Но именно из таких вот потерь и выигрышей – складываются победы.

Это то, чему Хаджар научился у Моргана, да примут его праотцы с хлебом и медом.

– Я слышал Императора так же хорошо, как сейчас тебя, Хаджар Северный Ветер.

Чин’Аме сделал длинную ракировку, вновь защитив слона. Казалось бы – не самая значительная фигура, но именно на неё в данный момент оказалось завязано все сражение двух армий – действия короля, ферзя и всей старшей группы фигур, включая даже несколько пешек.

Просто потому, что именно этот слон оказался ключом, который запирал вход во внутреннее пространство армии белых.

Хаджар играл за черных и единственное, что ему удалось провернуть за последний час игры – выиграть немного инициативы, чтобы перейти в наступление.

– Почему ты так сильно хочешь забрать моего слона? – внезапно спросил дракон.

Хаджар, не придав особого значения вопросу, выдал то, о чем размышлял буквально мгновение назад.

– Хороший план, – кивнул, в результате, драконий маг. – но ты ведь понимаешь, что есть и куда более удобные места для атаки, нежели защищенная фигура, способная и сама уйти в размен.

И Чин’Аме многозначительно кивнул на пешки, стоявшие гвардией перед королем.

Хаджар же посмотрел на дневник, лежавший поодаль от доски и плошек, где покоились павшие на поле черно-белой битвы «солдаты».

Разумеется, вся их игра была лишь аллегорией, которая позволяла несколько лучше взглянуть на сложившуюся ситуацию. Ну а кроме – вести весьма скользкий разговор, при этом не опасаясь, что их могут подслушивать.

Благо на последнее у Императора хватало не только ума, но и возможностей.

– Ты сам сказал, что путь к королю заблокирован, – Хаджар сделал очередной ход, не усилив напрямую давление на слона, но открывая путь к дальнейшему наступлению. И, разумеется, он намекал на то, что тайный путь в сокровищницу, описанный в дневнике Пепла, был давным давно уже завален.

Что не удивительно, учитывая сколько лет творению рук Мастера Почти Всех Слов.

А второй тайный вход, о котором не знали ни драконы, ни, даже, Мудрец Пепел, был разрушен в процессе скоропостижного бегства оттуда Крыла Ворона.

Так что и здесь Орден Ворона, фанатиков Черного Генерала, умудрился подложить свинью отдельно взятому северному варвару.

– Да, заблокирован, – не стал спорить Чин’Аме. – но в больших играх, Хаджар, есть и большие хитрости, – и, не дрогнув, Чин’Аме смело подвинул того самого слона, открывая вражеской ладье путь в тыл королевства. Но при этом Хаджар с удивлением смотрел, как теперь уже недавно «битый» слон отважно нападает на его ферзя. Которого он не мог подвинуть, чтобы не подвергнуть своего короля смертельной опасности. – И там, где ты думаешь, что расставил ловушку или идешь в нападение, на самом деле – движешься по чужому сценарию. Всегда помни, Хаджар Северный Ветер, что ты можешь быть не королем партии, а всего лишь пешкой. Одной из многих. Которая, конечно, может пройти свой путь до конца и стать ферзем, но которую разменяют при первой удачной возможности.

И Хаджару пришлось съесть слона вторым конем, которого съел конь вражеской, затем принятый пешкой Хаджара, которую, в свою очередь, сбил с поля ферзь Чин’Аме. И таким образом Хаджар проигрывал преимущество, отдал инициативу и из отважного нападения перешел к панической обороне.

Все то время, пока он думал, что действует согласно своему плану, на самом деле – шел по расчищенной для тропинке.

И это была слишком большая аллегория, чтобы её не заметить.

Морган… Император Драконов… Хельмер… Фрея… Дергер… Яшмовый Император. Все они играли в свои собственные игры. И в каждой Хаджар был лишь той самой пешкой, которую отдадут чтобы защитить нечто более ценное, но будут не прочь сделать ферзем… чтобы в последствии так же отдать.