Сердце Дракона. Шестой Том. Часть 1

— Я знал, что найду тебя здесь.

Хаджар сидел на краю обрыва. Он болтал ногами в воздухе, а внизу стелились облака, над которыми лишь изредка пролетали птицы и странные крылатые твари. Позади него чернел провал внутри горы, служившей входом в подземный город.

С момента беседы с Рахаимом прошло уже два месяца. За это время Хаджар успел достаточно свыкнуться со своим новым статусом Небесного солдата. Осознать новые силы и возможности. Особенно сложно приходилось привыкать к еще более обострившимся чувствам.

Теперь часто бывало так, что при взгляде на какой-то объект мысли Хаджара сбивались и отправлялись в какое-то глубоко философское русло. Даже простой полет птицы был способен заставить его задуматься о глубине пути духа меча и духе ветра.

Еще живы в его голове были слова Рахаима о том, что он, несмотря ни на какие свои старания, никогда не сможет вернуться на путь духа ветра. И для этого были две преграды.

Одна — печать духа меча — пусть и очень трудно, но преодолима. Вторая же — невозможность использования “истинного пути развития”, внешней энергии Реки Мира.

— Вижу, ты справился. — Хаджар пододвинулся.

Он достал из кармана своего нового шелкового синего кафтана трубку и табак. Щелкнуло огниво, и к небу (хотя если подумать, он и так сидел на этом самом небе) взвился тонкий столбик серого дыма.

Рядом уселся Эйнен. Островитянин стал чуть шире в плечах, выше и… суше. Он будто бы стремился внешностью к своему излюбленному оружию — шесту-копью.

От него теперь тоже веяло аурой Небесного солдата. Всего за четыре месяца с момента битвы с Рагаром Эйнен, используя те озарения и вдохновения, что получил за время путешествия к библиотеке, смог отыскать свой путь и пробиться на уровень истинного адепта.

Весьма, кстати, впечатляющее достижение.

— Извини, что заставил тебя ждать, друг мой.

— Какие счеты между друзьями? — Хаджар хлопнул товарища по плечу. — К тому же наши пути пока не расходятся. Ты ведь тоже собирался побывать в империи.

Эйнен молча смотрел в пустоту бескрайнего неба. За эти годы Хаджар научился различать эмоции своего друга. Большинство его каменное выражение лица и вечно закрытые глаза вводили в заблуждение, но не Хаджара.

И сейчас он понимал, что островитянин был чем-то обеспокоен.

— Тебя что-то тревожит, — не спрашивал, а утверждал Хаджар.

Эйнен ответил не сразу. Он вообще редко говорил. Лишь иногда от Эйнена можно было услышать весьма объемную тираду, которая обычно заканчивались недельной тишиной, разбавляемой скудным набором фраз.

— Меня беспокоит наш поход в Даанатан.

— И чем же отважного Эйнена с пиратских островов пугает столица несчастной империи Дарнас?

Уголки губ островитянина слегка дернулись. В его манере это обозначало крайнее раздражение и сдерживаемую улыбку.

— Твой сарказм, варвар, когда-нибудь доведет тебя до дома праотцев. Надеюсь, меня в этот момент не будет рядом и я не отправляюсь следом за тобой.

— Вот так вот, да? — наигранно печально вздохнул Хаджар. — Верно говорят — друзья познаются в час беды.

На этот раз Эйнен “улыбнулся”, хотя для многих его лицо с момента начала разговора вообще не выказало ни единой эмоции.

— Меня беспокоит не Даанатан и не Дарнас, а школа Святого Неба.

— Рахаим уже написал нам рекомендательные письма. С ними мы сможем участвовать в экзамене на ученика внутреннего круга.

По информации, добытой у Париса и Мудреца, в империи существовало великое множество школ и сект. Все они делились, в зависимости от престижа и силы, на различные эшелоны. Их, в свою очередь, тоже было столь огромное количество, что Хаджар и не утруждался запомнить.

Ему было достаточно знать того, что школа Святого Неба считалась одной из лучших, если не лучшей. И, разумеется, за звание “лучшие” постоянно шла борьба. Школа Святого Неба, школа Талой Воды, школа Быстрой Мечты, секта Лунного Света, секта Последнего Дня и еще семь кланов.

Вот эти организации составляли двенадцать столпов, на которых держалось могущество Даанатан в частности и Дарнаса в целом. Именно из этих организаций выходили лучшие из адептов, которые впоследствии руководили страной.

В школах и сектах при этом существовало строгое деление. Любой желающий, будь то даже простолюдин, мог принять участие в экзамене на поступление. Но простолюдин имел право биться только за звание ученика внешнего круга.

Фактически, пройдя испытания и получив жетон школы или секты, он становился слугой. За возможность приобщиться к самой крохотной крупице знаний и ресурсов расплачивался выполнением черной работы и поручений более успешных учеников. И именно слуги составляли большую часть населения школ и сект.

Второй уровень ученичества — полноправные ученики. На эту позицию могли претендовать те, кто обладал дворянским титулом или имел рекомендацию от уже получившего жетон полноправного ученика.

На десять учеников внешнего круга обычно приходился один полноправный.