Семья (СИ)

— В знак глубочайшего расположения и признания заслуг перед испанской короной Его Величество король Испании Альфонсо Четырнадцатый, великий магистр бурбонский жалует Роману Седову-Белозерскому, маркизу де Леганес Орден Золотого Руна, — негромко произнёс переводчик.

В этот раз мы подготовились получше и заранее попросили в нашем мадридском посольстве предоставить мне переводчика — уже знакомого нам всем Павла Олеговича. Хотя испанцы всё равно удивили — предупредили о том, что король Альфонсо Четырнадцатый решил меня наградить высшим орденом Испанского королевства буквально за два дня до церемонии награждения.

Признаться, к этому времени я уже успел затаить обиду на Альфонсо — он толком и не поблагодарил меня за спасение его столицы и подданных от безумного мексиканца. Не то чтобы мне так важны были какие-то особые почести, но всё же я жизнью рисковал и как минимум спасибо, высказанное в лицо, заслужил. А по реакции короля напрашивался вывод, будто сделал я что-то совсем незначительное, недостойное благодарности.

Но нет, оказалось, испанцы готовились. Впрочем, я допускал, что все эти приготовления они провели как раз за эти два дня, потому как буквально накануне звонка из королевской администрации я совершенно случайно в разговоре с бабушкой обмолвился на тему странного поведения Альфонсо. Бабушка тогда отмахнулась и сказала, чтобы я не забивал голову ерундой и забыл об этом. Но я-то её знал уже довольно хорошо. Если княгиня Белозерская от чего-то отмахнулась с усмешкой — это вовсе не значило, что она об этом забудет.

Народу в тронном зале было полно — как и в прошлый раз, когда мне монаршей милостью пожаловали титул маркиза и гранда. Я стоял примерно в трёх метрах от трона; Его Величество Альфонсо Четырнадцатый смотрел на меня и благодушно улыбался. Церемониймейстер сказал что-то ещё, но, видимо, что-то незначительное, так как переводчик после этих слов даже не шелохнулся.

Зато ко мне сразу же подошёл ярко разодетый, я бы даже сказал, расфуфыренный сотрудник дворца. В руках он держал красную бархатную подушку, на которой лежал тот самый Орден Золотого Руна, кавалером которого мне предстояло стать. Я рассмотрел награду. К массивной орденской цепи, состоящей из перемежающихся золотых звеньев двух видов, был прикреплён кулон в виде золотой овечьей шкуры, перехваченной по центру поясом.

По сравнению со многими наградами выглядело даже скромно, но это был высший орден Испанского королевства, выдаваемый только за особые заслуги и лишь особо важным персонам. Поэтому будь он сделан хоть из медного кругляша с верёвочкой, получить его было очень приятно. К тому же, пусть это и будет нескромно, я считал, что очень даже заслужил эту награду.

Король слез с трона и многозначительно посмотрел на меня, я тут же подошёл к нему. Мужчина с орденом встал между нами сбоку. Альфонсо Четырнадцатый взял орден и что-то сказал, но это осталось без перевода — Павел Олегович не рискнул приближаться и совсем уж сильно влезать в церемонию. Его Величество посмотрел мне в лицо, улыбнулся и вытянул вперёд руки с орденом. Я тут же приклонил голову и шагнул к Альфонсо, король надел мне цепь с кулоном на шею.

Едва он это сделал, зазвучали фанфары, все присутствующие в зале зааплодировали, а я осознал, что стал кавалером Ордена Золотого Руна. Мелочь, а приятно, как сказала бы бабушка. Хотя, конечно, никакая это была не мелочь. И было не просто приятно, а меня просто-таки переполняли положительные эмоции.

Как только стихли фанфары и аплодисменты, церемониймейстер зачитал ещё один приказ. В этот раз Павел Олегович приблизился ко мне и перевёл:

— Его Величество король Испании Альфонсо Четырнадцатый высочайшей королевской милостью жалует Роману Седову-Белозерскому, гранду Испании маркизу де Леганес, титул герцога Кадисского!

Далее всё пошло по уже известному мне сценарию. К нам подошли двое мужчин в такой же одежде, как у того, что принёс орден. Один из этих двоих держал в руках знакомую алую мантию с горностаевым мехом, другой — корону. Мне показалось, что она отличается от короны маркиза лишь тем, что не имеет красной бархатной подушки. Всё остальное: размер, форма и материалы — золото, рубины, изумруды и жемчуг, было таким же.

Мне, как и в прошлый раз, накинули на плечи мантию, а королю вручили корону. Он приподнял её в вытянутых руках, я сделал шаг к монарху и слегка пригнулся. Альфонсо Четырнадцатый водрузил корону мне на голову, и снова фанфары и аплодисменты. И опять Его Величество по окончании церемонии произнёс по-немецки:

— Поздравляю!

Официальная часть закончилась.

— Благодарю Вас, Ваше Величество! — ответил я, как и в прошлый раз.

Король благодушно кивнул и вернулся на трон, а церемониймейстер, аккуратно взяв меня под локоть, развернул к залу и, словно представляя меня, громко произнёс:

— Превосходнейший сеньор Роман Седов-Белозерский, гранд Испании, герцог Кадисский, маркиз де Леганес!