Семь моих турецких лет Книга 1. Турция, или Как меня сюда угораздило

Эта история началась с одного очень болезненного развода. Но не закончилась хеппи-эндом. Потому что вообще еще не закончилась. Она длится семь лет. И никто не знает, что будет в конце моего романа. Даже я.

Посвящаю моей дочери Марине.

Благодарю моего мужа Мурата.

Пишу для всех, кто хочет найти любовь.

Люблю васильки.

Мой первый муж, с которым я прожила ровно полжизни, не сделал мне ничего плохого. Но уже больше десяти лет я хотела расстаться с ним. Наша семья держалась на долге перед дочерью, как считала я. И на его любви ко мне, как говорил он.

Это были мощные цепи. Чтобы разрубить их, мало просто храбрости, желания, настойчивости. Нужно было что-то еще. Какая-то окончательная точка. Которой я, чтобы уйти и жить дальше, обрести пока не могла.

Мне нужна была свобода. Но я забыла, что человек уже рождается свободным. И все никак не могла дать себе это право – позволить быть собой. Никак не могла решиться разрушить то, чего уже давно не существовало. Да и ради чего, собственно? Нормально, ведь, живем.

Удивительное дело, многие люди врут всю жизнь. Просто живут этим и все. И даже получают удовольствие. Говорят: «Я тебя люблю», а сами не любят. Говорят: «Я тебя хочу», а сами спят с другими. Говорят: «Я тебя никогда не предам», и предают постоянно. Но почему же мне так тяжело было врать? Даже не врать, а только не говорить правду о том, что любви больше нет. Я просто болела от этого. Весь организм сопротивлялся. И вина росла во мне, как снежный ком. Давилась комом. Его сминала. Снова вырастал. И снова я мечтала о свободе.

***

1 марта 2008 года я наконец убрала искусственную сосну, символизирующую из года в год в моем доме новогодние праздники. Такую же искусственную, как наши супружеские отношения, замешанные на коктейле из жалости, чувства собственности и долга. Так много лет это казалось важным. Но утром 1 марта перестало иметь значение.

И теперь для меня «Все долги оплачены. Все счета закрыты». Как жаль, что этого не понять ему, дарящему розы.

Можно иметь дом, но не жить в нем. Потому что существование под одной крышей, в одной комнате, на одной постели – это еще не жизнь вместе. И даже между пенисом и влагалищем, идеально по размерам подходящим друг другу, бывает расстояние величиной в бездну, если нет любви. И между абсолютно совместимыми по гороскопу знаками Зодиака происходит полная несовместимость, если нет любви. И когда один говорит одно, а другой слышит другое, кто и в чем виноват? Физиологический сбой? Разность в настройке речевого и слухового аппарата? Или просто чужие друг другу души, соединенные насильно собственной, а не божьей волей, слепленные прилюдно. С гарантированной социумом невозможностью разлепиться. Мозаика. Почти все пазлы подходят друг к другу. Кроме одного. Любви.

Как трудно ночью ждать рассвета. Особенно если ночь длиной в 18 лет. И так хочется солнца! Но с небес в наказание за жалость, за обман себя – дождь. Или снег. Безумный мартовский снег.

***

Мой 36-й день рождения пришелся на воскресенье. А неделей раньше – 18 лет совместной жизни. Гости пришли. И вдруг осознание: вот эта механическая кукла, которая режет салаты, накрывает на стол, болтает и смеется – не я! А где я? Далеко отсюда, не здесь. Я просто до физического отвращения, до нервной дрожи в коленках, до судорог в позвоночнике не хочу находиться здесь. И я это сказала.

– Я не люблю тебя. – Сказала я мужу.

– Почему? – Спросил он.

Я ничего не смогла ответить. Разве можно ответить на этот вопрос?

***

Если вы спросите меня о лучшем моем литературном произведении малого жанра, я отвечу, что это заявление о разводе в суд нашего района, как ни крути. Я написала много слов и фраз. Но главное в моей жизни так и не было написано до этого дождливого утра 8 июля 2008 года.

Муж разводиться не хотел. Жить вместе было очень удобно. Дом принадлежал мне. Но он был наш, общий. И в нем жила наша 16-летняя дочь. Уходить экс-муж не собирался. Пришлось уйти мне. Я сняла квартиру и принялась залечивать раны.

Ран было много. Сначала дочь решила возненавидеть меня. А потом, узнав о разводе, со всех сторон мне начали осторожно рассказывать о том, каким на самом деле был мой бывший муж. Любвеобильным.

Не то чтобы я постфактум страдала от этого, просто не могла понять, как такое возможно. Я же ему доверяла. Себя, нашу семью, нашего ребенка. Я совсем ни о чем не догадывалась. Даже не подозревала. И мучилась столько лет, разрываясь между необходимостью сохранить семью и невыносимым желанием сбежать из нее. И все равно оказалась виновата. Что подала на развод. Что ушла.