Семь. Гордыня

От автора

Приветствую всех любителей почитать что-то эдакое! Я долго определялся с жанром, в конце концов натыкал там что-то типа «Альтернативки», «Антиутопии» и «Киберпанка», и махнул рукой. В общем, сам не смог разобраться и скинул эту ношу на вас:)

О чём книга… Это история борьбы за власть, за выживание, история про людей, находящихся на самой вершине пищевой цепочки, которым, казалось бы, нечего уже желать и хотеть, но они хотят ещё большего. Власти, богатства, бессмертия…

Что происходит между такими людьми, готовыми пойти на всё, лишь бы получить желаемое? Когда у них нет никаких моральных границ и этических барьеров. Когда они пресытились сексом, и секс для них такое же рутинное дело, как перекусить в придорожном кафе или выпить чашечку кофе.

Здесь нет слабаков, им тут не место. Здесь только сильные личности. Сильные, умные, безжалостные и похотливые. Секс для них одно из любимейших удовольствий, как впрочем, и остальные грехи.

И нет! В книге не будет положительных героев, не будет хеппи-энда, не будет тех, кому следует сопереживать и сочувствовать. Это будет самая плохая, аморальная и бесстыжая книга, которую вы читали! Так что лучше и не открывайте её:)

Нет, откровенной жести, извращений, секса с щупальцами, тентаклями, с маленькими детьми, и уж точно чернухи здесь вы не найдёте, я не любитель всего этого!:)

И последнее предупреждение. Зная моих читателей, и зная, как вы привязываетесь к героям книги и потом реагируете гневными комментариями на нестандартные события, прошу — не влюбляйтесь в героев этой книги! Они все поголовно плохие, отбитые на голову, аморальные и безнравственные ублюдки!

Ну что же… В путь?

За год до воссоединения семьи Гордеевых

Высокая, стройная голубоглазая блондинка сидела в кабинете своего отца, скромно приютившись на краю стула и опустив глаза в пол. Сегодня отец был не в духе, и не потому, что она не выполнила его очередное поручение, а потому… Потому… Да кто же его знает, почему! Иногда, казалось, это его обычное состояние — быть недовольным своей взрослой дочерью и всем, что она делает. Словно она виновница всех его неудач, провалов, поражений и неприятностей.

— Встань! — коротко приказал мужчина, и девушка тут же подскочила со стула.

Хозяин кабинета встал со своего кресла, что-то достал из выдвижного ящика, не спеша прошёлся к окну, цокая каблуками лакированных ботинок по старинному паркетному полу, и вернулся обратно. Задумчиво стал позади девушки и тяжело вздохнул.

— Ты подвела меня, дочь.

— Да, отец. Прости, — едва слышно произнесла блондинка.

Девушка покорно задрала свою короткую юбку, раздвинула ноги на ширину плеч, облокотилась руками о массивный, рабочий стол отца и опустила голову. Белокурые локоны волос заструились вниз, спрятали её лицо и прикрыли горящие от стыда щеки.

— Трусы сними, они будут мне мешать.

— Прости, отец, — снова извинилась блондинка и торопливо выполнила его просьбу: опустив белоснежные трусики до щиколоток, приняла первоначальное положение, слегка оттопырив оголённую попку.

В правой руке мужчины мелькнула короткая плеть, с тяжёлой, перевитой кожей рукояткой и дюжиной полуметровых косичек из конского волоса. Он несколько раз шлёпнул себя по ладони левой руки, примериваясь, оценивая силу удара и болевые ощущения, тяжело вздохнул и тихим хриплым басом произнёс:

— Ты думаешь, это доставляет мне удовольствие?

— Нет, отец.

— Ты думаешь, я не хочу хоть раз похвалить тебя, вместо того, чтобы наказывать?

— Нет, отец.

— Ты просто не даёшь мне ни единого повода гордиться тобой! Ты думаешь, я двадцать четыре года заботился, одевал, обувал, кормил тебя просто так? Задаром?

— Нет, отец.

— Нет. Вот именно! — он снова вздохнул. — Я вкладывал в тебя, инвестировал! И что я получил? НИ-ЧЕ-ГО!

Взмах рукой, короткий свист рассекаемого воздуха, хлесткий звук удара и тихий стон девушки, от неожиданности и резкой боли, закусившей свою губу до крови.

— Десять ударов. В этот раз десять. Вытерпишь?

— Вытерплю, отец…

За первым ударом последовал второй, затем ещё один, ещё и ещё…

Холодные горьковатые слёзы текли по щекам, во рту ощущался солёный привкус крови, блондинка дрожала всем телом от боли, страха и стыда, но терпела. Молча, упрямо, гордо. Лишь одна мысль билась в её светлой голове: «Я подвела отца. Снова! Больше этого никогда не повторится!»

На её молочно-белых ягодицах проступили грубые, воспалённые рубцы. Они набухали и краснели прямо на глазах после каждого жёсткого удара. В нескольких местах мягкую кожу рассекло до крови, и две или три алые капли упали на пол, а несколько брызг слетело с плети и отлетели на стену, навсегда оставшись там.