Седьмые Врата (ЛП)

Вазу в молчаливой задумчивости стоял на крепостной стене Абри, когда ворота под ним с грохотом захлопнулись. Был рассвет, который в Лабиринте означал лишь окрашивание ночной черноты в серые тона. Но этот рассвет отличался от всех остальных, он был великолепен… и в тоже время вселял в сердца страх. Он нес надежду, и одновременно пугал.

То был рассвет, заставший Абри, по-прежнему стоящим в самом центре Лабиринта, несмотря на ужасную битву со своими самыми непримиримыми врагами.

То был рассвет, затуманенный дымом похоронных костров; рассвет в котором жизнь влачила свое хрупкое существование и смела надеяться на что-то лучшее.

То был рассвет, освещенный красным заревом на горизонте, заревом ярким и пугающим. Патрины, охранявшие городские стены, обращали свои взоры на окрашенный вдали горизонт, качали головами, переговаривались друг с другом зловещим шепотом.

– Это не предвещает ничего хорошего, – говорили они мрачно.

Кто мог винить их за столь темные мысли? – Только не Вазу. Конечно, не Вазу, тот, который знал объяснение всему происходящему. Скоро ему придется рассказать им все, развеять радость от встречи рассвета.

«Это зарево – пламя битвы, – вот что он должен будет сказать этим людям. – Битвы за контроль над Последними Вратами. Драконы, напавшие на нас, не были побеждены, как вы подумали. Да, мы убили четверых, но их место займут восемь новых. И сейчас они атакуют Последние Врата, ищут способ закрыть их, заточить нас в эту страшную тюрьму.»

– Наши братья, живущие в Нексусе и те, кто живет возле Последних Врат, сражаются против этого зла для того, чтобы у нас была хоть какая-то надежда на спасение. Но их слишком мало, а силы зла огромны.

– Мы слишком далеко, чтобы прийти им на помощь. Слишком далеко. К тому времени, как мы придем к ним, если конечно же доберемся живыми, будет уже слишком поздно. Уже сейчас может быть слишком поздно.

«И когда Последние Врата закроются, зло в лабиринте обретет невероятную силу. Наш страх и ненависть будут расти, а зло будет купаться в флюидах ужаса и вместе с этим будет расти его сила.»

«Все безнадежно», – говорил себе Вазу, и это он должен был сказать всем. Логика, благоразумие говорили ему, что все это безнадежно. Сейчас, стоя на стене и обратив свой взор на красное зарево, ощущал ли он надежду в уголках своего сознания?

Все бессмысленно. Он вздохнул и потряс головой.

В этот момент кто-то коснулся его руки.

– Взгляни, Предводитель, они успешно добрались до реки.

Один из патринов, стоящий рядом с Вазу, старался скрыть свое прерывистое дыхание, старался не выдать свои опасения за жизнь тех двоих, что покинули город под прикрытием темноты незадолго до рассвета. Эти двое отправились в опасный, и возможно бесполезный поиск зеленого с золотом дракона, который сражался на их стороне в небе над Абри. Зеленый с золотом дракон был Змеиным Магом, коим оказался неуклюжий сартан по имени Альфред.

Конечно, Вазу переживал за них, но он также был преисполнен надежды. Надежды хрупкой и порой призрачной.

Вазу не был человеком действия, он был человеком мысли и воображения. Чтобы понять это, ему просто надо было взглянуть на свое хрупкое сартанское тело, с нанесенными на него татуировками в виде рун патринов. Он должен придумать, что следует делать этим людям дальше. Он должен придумать какой-то план, должен решить, как все они должны подготовиться к неизбежному. Он просто обязан сказать им правду, произнести свою «речь отчаяния».

Но он ничего этого не сделал. Он стоял на стене и наблюдал за меншем по имени Хуго Длань и патринской женщиной Мейрит.

Он говорил себе, что больше никогда не увидит их. Они очень рисковали в Лабиринте, опасном в любое время, но вдвойне опасном теперь, когда их побежденные враги прятались переполненные гневом ожидая скорого отмщения. Эти двое шли на безрассудную и безнадежную миссию. Он может уже никогда не увидеть ни их, ни Змеиного Мага Альфреда, зеленого с золотом дракона – того, кого они ищут.

Вазу стоял на стене и в тревожном ожидании надеялся, что они все-таки вернутся.

Река Гнева, протекающая под городскими стенами, была полностью заморожена. Вода была заморожена их врагами, с помощью заклинания. Отвратительные драконы-змеи обратили воду в лед, чтобы вражеские солдаты могли без проблем пересечь реку.

Карабкаясь вниз по усыпанным камнями крутым берегам реки, Мейрит мрачно улыбнулась. Тактика действий врага поможет ей.

Была только одна небольшая проблема.

– Говоришь, это было сделано с помощью магии? – спросил Хуго Длань, который скользнул вниз по берегу реки прямо за ней, остановившись перед большой черной льдиной. Он ткнул в лед ногой. «Как долго продлится действие магии?»

В этом-то и была проблема.

– Я не знаю, – с сожалением признала Мейрит.

– Да уж, – хмыкнул Хуго. – Оно может кончиться, когда мы дойдем до середины реки.