Сделка с драконом

Саманта

— Давай же, Саманта, давай!

Я отчаянно всмотрелась в собственное отражение, но снежно-белые волосы и не думали становиться русыми. Проклятый дар! Он — единственное, что досталось мне от родителя-дракона, и то не хотел работать как надо. Взглянув на себя в крохотное зеркальце, я шепотом выругалась. Словно в насмешку серые глаза вернули настоящий цвет — ярко-голубой, а нос картошкой и тонкие губы, над которыми я так долго билась с утра, исчезли. Теперь на меня смотрела стройная миловидная девушка, не имеющая ничего общего с Энни, под личиной которой меня знали в Морине.

Просто прекрасно! И как хозяин таверны признает во мне полноватую девицу, которую нанял разносчицей?

— Энни! Ты куда запропастилась?!

— Иду! — крикнула я, отгоняя нахлынувшую панику.

Сосредоточившись, до боли закусила губу и обратилась к спящему в глубине дару. По лбу поползла капелька пота, но мне удалось изменить форму носа и слегка приглушить цвет глаз. Вертикальные зрачки дрогнули и нехотя округлились. И зачем мне, полукровке, такое счастье?!

Спрятав белые пряди под чепчиком, я поспешила к хозяину таверны — Билли Кларку.

— Наконец-то! — Он бросил на стол десяток ксанов — мое жалованье за последнюю неделю — и с подозрением посмотрел на меня. Особенно его заинтересовал передник. Похоже, мои частые отлучки его не радовали. Наверняка он думал, что я подворовываю продукты. — Приберешь тут все и запрешь. И чтобы никаких мужиков, веди их к себе!

Я закатила глаза, но заставила себя промолчать. Можно подумать, я жажду внимания мужчин. Я превратила себя в невзрачную Энни, но и на нее нашелся ценитель. Уже третью ночь подряд меня осаждал один из посетителей. Он пил сидр до самого закрытия таверны, бросая на меня многообещающие взгляды, и возвращался, когда я заканчивала уборку. Мои отказы Генри, кажется, воспринимал с удивлением. Еще бы, замухрышка Энни должна была упасть в его пахнущие перегаром объятия!

Жаль, что я не соорудила себе шрам на пол-лица. Впрочем, здесь моего дара не хватило бы, а с нашлепкой из подручных средств меня вовсе не взяли бы на работу.

Хозяин, ворча под нос о моей нерасторопности, наконец ушел, а я принялась протирать столы, попутно размышляя. Скоро придется убираться из этого города. Жаль, в Морине было спокойно — драконьеры в таком захолустье почти не появляются. Пусть я полукровка и даже оборачиваться не умею — это вообще редкость во Фроуксе — мои зубы, волосы и кровь все равно имеют цену.

Как же не вовремя! Я не накопила денег на обновление печати на ауре, скрывающую мою природу. Я уже чувствовала, что прошлая печать повисла на одном честном слове. Еще пара недель, и нужная сумма была бы в кармане.

Но придется уходить. Мне все сложнее принимать облик Энни — такова особенность дара. Со временем ему будто надоедают одни и те же черты, и тело норовит вернуть истинный облик. Если кто-нибудь увидит мои вертикальные зрачки, то драконьеры тут же узнают об этом — у них в каждом городке и деревне информаторы. Да и работу я вот-вот потеряю. Вчера к Кларку приходила незнакомая блондинка. Не иначе как мне на замену!

Внезапно в дверь таверны постучали. Я не отреагировала — закончив со столами, взялась за мытье полов. Стук повторился, а затем дверь содрогнулась от ударов. Генри что, с ума сошел? Я же не рассчитаюсь с Кларком!

Разозлившись, я сжала руки в кулаки. Пожалуй, пора поставить этого нахала на место! В моем происхождении есть и плюсы — силой я не уступаю человеческим мужчинам. Генри вряд ли простит такое оскорбление, но я все равно уже решила покинуть город.

Рывком распахнув дверь, я в возмущении открыла рот, как вдруг осеклась. На пороге стоял вовсе не Генри, а незнакомый мужчина лет двадцати семи. Довольно крепкий и высокий — пришлось запрокинуть голову, чтобы рассмотреть его худое лицо с выразительными, несколько хищными чертами. Правую бровь пересекал светлый, по-видимому, старый шрам. К поясу незнакомца был приторочен меч. Только этого не хватало сегодня!

В зеленых глазах вспыхнул огонек насмешки, и мужчина поинтересовался:

— Разочарована? Уж прости, твоего ухажера я отправил домой. Правда, не уверен, что доберется, — ноги его едва держат. Ты такая строгая, что ему понадобилась наклюкаться для храбрости?

— Таверна закрыта, — буркнула я.

Пускай упражняется в остроумии где-нибудь в другом месте. Однако едва я попробовала захлопнуть дверь, как мужчина шагнул за порог.

А вот это уже нехорошо. Я рассчитывала закончить работу, вернуться в комнатку в двух кварталах отсюда и завалиться спать. Грабителей в планах на ночь не значилось.

— В таверне нет ни одного ксана — хозяин забирает всю выручку за день, — пожала я плечами, пытаясь держаться спокойно.

Впрочем, может, гость хочет обокрасть кладовую? Вид у него довольно потрепанный: ботинки в пыли, штаны зияют прорехами, а куртка и вовсе будто с чужого плеча.