ЩИТ ИМПЕРИИ - Альтернатива (СИ)

Кабина наполнилась дымом, но почти сразу заработала система пожаротушения и через несколько мгновений я смог разглядеть своего противника.

Закопчённый с головы до ног, в необычном камуфляже — черно-белые полосы расчерчивали корпус робота по диагонали, чужой шагоход уверенно приближался к моей покалеченной машине.

«Класс — „Осирис“. Сто десять тонн, спаренные лазеры, ракетная установка, автопушка.»

Тревожно зашептал Санди.

Не в прямом смысле, — общение с демоном шло телепатически, но я прекрасно различал оттенки звучавшего в моей голове голоса.

А если по факту, связываться в одиночку со сверхтяжелым штурмовиком — не самое правильное решение, а уж в моём положении — форменное самоубийство. Щиты ставить нечем, броня местами поплавлена, а кое где её вообще нет, привод правого манипулятора заклинен, гидравлика сбоит и самое верное что можно сделать, — немедленно отступить.

То же самое говорит и Санди, но я только отмахиваюсь.

— Куда? Позади море, нас прижали! Ты чего?

Отступать действительно некуда, ещё немного, и хоть вплавь уходи.

«В астрал.» — коротко отозвался демон.

— А парни как же?

Перед началом заварухи под моим командованием было двенадцать шагоходов, теперь же, после получасового боя, осталось восемь.

«Валькирию» Антошина сожгли сразу, «Дервиш» Серёги сгорел вторым, а пару пустельг под управлением близнецов прямо у меня на глазах только что спалил этот разрисованный монстр.

«Будет лучше если ты сгоришь вместе с ними?» — последовал абсолютно логичный ответ. Сколько я ни старался, но человечность Санди не привил, мы хоть и сосуществовали на равных не один десяток лет, но его логика как была, так и оставалась для меня загадкой. Он мог искренне переживать за героев мыльных опер, и тут же, из-за пустяка, совершенно спокойно открутить голову человеку. Одно слово — демон.

Хотя сейчас, он-то как раз и мыслил логично. Остатки группы обречены, даже будь нас вдвое больше, против ящеров нам не выстоять, один только «Осирис» чего стоит. Так что, отступать некуда, позади тупик, и взятые в полукольцо, мы только и можем что подороже продать свои жизни.

— На двенадцать часов воздушные цели! — прохрипело в динамиках голосом флангового.

Переключив мониторы, сразу заметил несколько приближающихся точек. Скорее всего опять тяжелые истребители, — завоевав господство в небе, ящеры используют их как поддержку своим наземным войскам, и если они по наши души, то мы и повоевать-то не шибко успеем.

«Надо уходить!»

Вновь прорезался Санди.

— Рассчитай траекторию воздуха! — коротко бросил я, тут же всматриваясь в появившиеся на экране прерывистые линии.

«До контакта тридцать секунд.»

Это означало что через пол минуты от нас останется мокрое место. Пятерка тяжелых истребителей — это очень серьёзно, в другое время им бы просто не дали подойти, но когда армейское пво подавлено, а выделенную моей роте турель снесли минут десять назад, никто и ничто не сможет им помешать. Да, если мы дружно будем бить в одну точку, возможно кто-нибудь и попадёт, но толку-то? Остальные отстреляются как в тире, а если кого и не добьют, за них это сделают подступающие машины.

Единственный способ выжить, точнее продлить агонию, резко сблизиться с чужими шагоходами, вынуждая истребители отказаться от атаки. Не будут же они по своим бить?

Объяснять никому не пришлось. Под моим началом дураков нет, все бойцы опытные и решительные. Поэтому короткая команда, и только что пятившиеся остатки третьего гвардейского полка, дружно пошли в атаку. Во всяком случае со стороны казалось именно так.

По левому флангу, за скелетом порушенной многоэтажки, широко шагал могучий «Крепыш» поручика Тарасова, этот штурмовой шагоход был одной из самых серьёзных машин роты, и сейчас, даже учитывая все полученные повреждения, стабильно «наваливал» по противнику. Дальше за ним, чуть в отдалении, «Остолоп» прапорщика Михайленко, — пятидесятитонный, оснащенный прыжковыми двигателями универсал, не самый бронированный, с хорошими лазерами дальнего боя и автопушкой для средних дистанций. Конечно же он плохо подходил для таких атак, но сейчас и выхода иного не было. Следом двигался «Рубака» корнета Любочки, как и сам корнет — (Любочка это фамилия), робот был некрасив, но очень функционален. Восьмидесятитонная машина, из которых тонн тридцать приходилось на броню, держала в левой руке высокий щит, а в правой огромную секиру, и предназначена была для ближнего, контактного боя. Ему главное войти в клинч, а там… Крайним же атаковал ротмистр Семенов на своей «Крысе». Низкорослый, на коротких ногах и вытянутой вперед кабиной, этот шагоход вполне оправдывал своё прозвище. Несмотря на коротколапость, передвигался он очень шустро, и мог доставить проблем практически любому противнику.