Sanguis veneta (Голубая кровь)

На дворе стояли погожие деньки бабьего лета. В этом году оно было особенно длинным. Это были те самые дни, когда лето как бы прощаясь, балует людей и природу теплом и светом, и все понимая это, радуются каждому солнечному дню. Вот и Алекс, (вообще-то его звали Александр, но он предпочитал, чтобы его звали Алекс), каждое утро с замиранием сердца смотрел в окно в надежде на продолжение чуда и оно продолжалось. А сегодня у него было вдвойне хорошее настроение: во-первых потому, что сегодня был ещё один ясный день, а во-вторых — сегодня была пятница, или во-первых, потому что пятница, а во-вторых, потому что хороший день, да это и не важно, одним словом настроение у него было прекрасное. По пятницам, в предвкушении выходных дней, когда он будет полностью свободен от трудовых будней, у него всегда было прекрасное настроение. И не потому, что он не любил свою работу, нет — он её очень любил и она приносила ему наслаждение. Каждую пятницу Алекс вставал в ожидании той мимолётной свободы, которую ему дарили предстоящие выходные. В эти дни он мог делать всё что угодно: проспать до обеда и сладко потянувшись, проваляться оставшуюся часть дня у телевизора, или вскочив ни свет ни заря, рвануть на природу, или надев парадный костюм, отправиться в какой- нибудь ресторан, что бы побаловать себя чем- то вкусненьким, в общем, он мог делать всё что угодно, всё на что хватало фантазии и возможностей кошелька.

Вот и сегодня, возвращаясь с работы и наслаждаясь теплом и солнцем, Алекс размышлял, что он будет делать в эти выходные.

« Жаль Семён куда-то пропал», — подумал Алекс.

Семён был хорошим его другом, с которым они подружились во времена студенчества. Это было единство двух противоположностей, повеса и генератор идей Алекс, которому было лень воплощать то, что он придумал и Семён — с виду спокойный парень, но в душе такой же повеса как и Алекс, и который- в отличии от Алекс-, если идея ему нравилась, шёл к ней напролом, не останавливаясь ни перед чем. Но так как он был приземлённый парень и мечтать не любил, то своих идей у него было крайне мало. И когда их свела судьба, то из этой дружбы получилась настоящая гремучая смесь. Стоило Алексу заикнуться о чём-то, Семён тут же принимался за её воплощение. Стоило Алексу, раздавленному в сессию монотонной зубрёшкой, предложить развеселить всех, прокатившись ночью по общежитию на чём-то смешном, как Семён моментально принялся воплощать идею в жизнь. Он вспомнил, что видел в кладовке старую игрушечную машинку и друзья, бросив учёбу отправились в кладовку изучать «транспорт». Машина была большой, в длину около полуметра и как нельзя лучше подходила для транспортного средства. Но тут возникла другая проблема, как оповестить всех о поездке. Вначале возникла идея, что Алекс будет сидеть в машине и трубить в горн, а Семён будет тянуть машину. Но от горна сразу отказались, так- как после репетиции выяснилось: чтобы удержаться в машине, Алексу нужно было держаться за неё двумя рукам. При движении машина сама по себе издавала страшный скрип. Так что решили ограничиться для оповещения скрипом самой машины. А для усиления эффекта на оси машины намотали мокрые тряпки и положили её в подвал для «доведения до кондиции». Спустя несколько дней, когда по их представлениям машина была готова, было решено провести намеченное мероприятие. В это же день, вернее в два часа ночи план был воплощён в жизнь- эффект превзошёл все ожидания! В ночной тишине, когда был слышен каждый шорох, машина издавала такой силы звук, что казалось что это не игрушечная машина, а огромный ржавый танк грохочет своими гусеницами по коридору и вот-вот разнесёт общагу вдребезги. Народ вылетал из своих комнат как ошпаренный в том, в чём заставал их это грохот, некоторые конечно успевали по дороге накинуть на себя что-то, но в основном вылетали в чём учили, то есть в нижнем белье, в общем за время путешествия, Алекс успел оценить качество нижнего белья почти всей прекрасной половины обитателей общежития. В конце коридора не дожидаясь «бурных оваций» они с Семёном подхватили машину и выбежали на улицу, давясь от хохота. Остаток ночи им пришлось провести в соседнем общежитии. Так как друзья прекрасно понимали, что в эту ночь возвращаться с общежитие им не стоит. К утру все остыли и они потихоньку прошмыгнули в свою комнату.

К концу третьего курса они свой пыл немного поубавили, когда их чуть было, не выгнали из института за очередную проделку, да и немного повзрослев, они решили что надо всерьёз заняться учёбой. Судьбы их немного разошлись. Лишь на старших курсах, когда Семён заинтересовался биохимией, а Алекс решил посвятить себя прикладной химии. После института, оставаясь по- прежнему закадычными друзьями и работая в одном городе, они по выходным регулярно выбирались куда ни будь вместе…