Самый лучший комсомолец

— Екатерина Алексеевна, я посчитал, — поправляя пальцем тапок, жаловался наследный (через одного) принц по телефону любимой приемной бабушке. — Если загрузить «Союзмультфильм» одними только моими проектами, нам потребуется шестьдесят восемь лет, четыре месяца, два дня…

— Я поняла, Сережа, — аккуратно прервала поток страшных цифр. — Но даже тебе мы не можем позволить занять все мощности целиком, — поняла она меня неправильно.

— Какие там мощности? — вздохнул я. — У нас огромная страна. Почти двести пятьдесят миллионов человек — это не считая соцблока, где дети дружественных нам народов тоже хотят смотреть как можно больше мультфильмов. А еще — остальная планета, где того же самого очень хотят дети врагов. Но они же не виноваты, что они враги? — грустно спросил я. — И мы можем производить гораздо больше мультфильмов. Я еще маленький и многого не понимаю, но неужели в такой огромной стране не найдется немножко художников, пленки, краски и помещений?

— Мы с Борисом Николаевичем подумаем, — грустно вздохнула Фурцева.

— Спасибо большое, Екатерина Алексеевна! — поблагодарил я. — До свидания.

Повесив трубку, показал Вилке большой палец, и мы пошли ко мне в комнату — слушать запись КГБшного ВИА.

— Хоть щас миньоном выпускай. Они в каком там звании? — спросил я у сидящей за моим столом с чашкой кофе в руках девушки.

Родные в гостях у Судоплатовых, чаи гоняют, план про бабу Таню придумывают.

— Они гражданские, — покачала она головой. — Но из хороших семей. А еще — их растили музыкантами, и они к такой работе готовы.

— Нет причин тебе не верить, — широко улыбнулся я.

По Вилкиному лицу пробежала тень, и я огласил:

— Время смотреть «Время»! — включил телек, и мы переместились на диван. — Можно? — указал на укутанные длинной юбкой Виталинины коленки.

— Смотря что.

— Ничего из категории «для взрослых», — уточнил я.

— Можно, — разрешила она.

Прилег. Кайф!

— Мальчишка! — мелодично хихикнула Вилка, с улыбкой наклонившись надо мной.

— Вот ради этого кадра все и делалось! — заявил я, изобразив пальцами «рамку», и сел обратно.

Виталина вдруг густо залилась краской и спрятала лицо в ладонях.

— Ты чего?

— Прекратить приручение, пионер Ткачев! — промычала она в ладони.

— Не прекращу — вдруг получится, — привычно ответил довольный я. — Смотри, мой добрый друг-автолюбитель!

Вилка убрала ладони, потихоньку возвращая обычный, слегка румяный цвет лица.

На экране Щелоков в парадном мундире пожимал руку упитанному черноволосому мужику в генеральско-милицейской, столь же парадной, форме.

— Кто это?

— Тикунов, Вадим Степанович, — ответила Вилка. — Сегодня назначен первым заместителем министра внутренних дел. Прошлый убыл послом в Новую Гвинею.

— Который должен был занять должность Щелокова, если бы Николай Анисимович не был большим другом Леонида Ильича? — сверился я с внутренней википедией.

— Он, — подтвердила Виталина, с любопытством в глазах посмотрев на меня.

— Про это назначение я не знал, — пожал я здоровым плечом. — Я далеко стараюсь не лезть: меньше знаешь — крепче спишь. Но сигнал понятен — старайся как следует, или тебя заменит товарищ Тикунов. Потешная многоходовочка завершена, ручной министр МВД успешно получен.

— И что теперь? — хихикнула Вилка.

— Будем дружить, потихоньку воспитывать из него человека, — улыбнулся я. — Сериал про Высоцкого снимать, сырьё скоро будет напечатано в «Молодой гвардии», а я подкину товарищу министру идею с ним ознакомиться. Он уже один сериал заказал, мне Екатерина Алексеевна по секрету поведала — в телевизоре уже разрабатывается, рабочее название — «Знатоки». Получается — два сериала. Кислую мину бывшего председателя КГБ, про которое ни одного, представила? Сейчас мы с тобой слепим роман и сценарий, а потом еще к Юлиану Семенову съездим, попросим и его сценарий слепить — про Штирлица. И будет у наших силовиков баланс. Именно за этим я просил тебя достать вот эти немножко секретные дела, связанные с работой нашей контрразведки в Африке! — погладил полуметровую, в три ряда, стопку папок около дивана. — Все было впитано и переварено, пока ты подозрительно долго сидела в туалете. — озадаченный взгляд. — Ты что, какаешь как обычные люди?

Фыркнувшая девушка отвесила мне средней мощности щелбан.

— Как бы там ни было, — потер лоб и попросил. — За машинку, агент Вилка! Пиши название: «ТАСС уполномочен заявить».

— Погоди! — остановил отстучавшую заголовок девушку и пошел добавил громкости.

Надо бы пульт изобрести.

-…на сессии выступил министр рыбной промышленности Ишков.

«Считаю необходимым передать сбыт продукции под ведомство министерства рыбного хозяйства».

— Предложение было одобрено делегацией во главе с товарищем Косыгиным.

— Бери пустую папку, — велел я Вилке, выключая телевизор — все с дедом понятно, нифига с соправителем советоваться не хочет!

Она закатила глаза — эксплуататор! — но папку достала.

— Пиши «Рыбное дело». Начало: 21 апреля 1969 года.

— Записала, — откликнулась она.