Сама невинность

— Девушка, я вам в третий раз объясняю, у нас нет для вас свободных вакансий.

— Но как же нет? Там, на двери, висит объявление, идет набор сотрудников.

— Да, набор сотрудников идет. Это новый элитный фитнес-клуб, работаем всего несколько месяцев. Расширяем штат сотрудников квалифицированным персоналом.

— Вот видите, вы сами сказали, что расширяете штат.

Девушка на ресепшене фитнес-клуба «Олимпия», в белоснежной футболке и с черным бейджем на груди с именем Наталья, теряла терпение. Она вот уже битых двадцать минут объясняла пришедшей с улицы странной особе, почему она не подходит их заведению.

— Вы поймите, нам нужны профессионалы. Массажисты, инструкторы по фитнесу, йоге, пилатесу и еще нескольким направлениям, в конце концов, медики.

— Что, совсем ничего нет? — девушка с надеждой вопросительно взглянула в глаза Натальи.

В это время механические стеклянные двери бесшумно открылись, по просторному холлу в сторону ресепшена шел молодой мужчина. Светлая футболка облегала торс, пояс джинсов сидел низко на бедрах, в руках спортивная сумка.

— Как хорошо, что вы вернулись, Станислав Вадимович, — Наталья промурлыкала, лаская взглядом своего босса, даже спину выгнула, чтобы показать свой хороший третий размер груди.

— Что случилось?

— Вот, не могу объяснить девушке, что мы не можем взять ее на работу. Нет ни нужного образования, ни опыта в требуемых нами специальностях.

Стас, до этого не замечая посетительницу, повернул голову в сторону, куда указала Наталья, и встретился с внимательными синими глазами молодой девушки. Его взгляд медленно прошелся по фигуре и вернулся к лицу.

Она была одета в смешной растянутый свитер, явно не по погоде, и широкую юбку с нарисованными котиками по краю. Хоть по календарю и был сентябрь, но погода словно сошла с ума и не хотела отпускать лето. Длинные, слегка спутанные русые волосы, в свете падающих лучей через панорамные окна, отливали рыжиной, словно в них запутались солнечные зайчики.

Большие синие глаза, черные пушистые ресницы и пухлые влажные, чуть приоткрытые губы на кукольном личике. А вокруг нее летал запах мяты. “Это что, какая-то шутка или фокус”, - подумал Стас, слегка встряхнув головой.

— Так, что вы говорили, Наталья?

— Это я говорила, а не она, — девушка подала голос, подошла чуть ближе, запах мяты стал отчетливее. — Почему такая несправедливость? На двери висит объявление, что требуется персонал, но я не подхожу.

— Конечно, вы не подходите, — вмешалась Наталья. — Или вы тренер по пилатесу?

— Наташа, перестань, — Стас, не глядя на сотрудницу, все еще разглядывал эту дивную незнакомку. — Сколько вам лет?

Вопрос был вполне ожидаемый, потому что незнакомка выглядела очень молодо, словно подросток, но вызывала у Стаса далекие от приличия мысли и желания. Он смотрел на ее свитер, и его хотелось снять, потому что девушке явно жарко, ему рядом с ней жарко точно, хотя кондиционеры работали вовсю.

— Мне уже есть восемнадцать, я совершеннолетняя, паспорт имею.

“Она еще и язва”, - подумал Стас, — “такая язвочка, с ангельским личиком”.

— Значит, совершеннолетняя? Покажите паспорт.

Проверить было необходимо и убедиться для самого себя, что он не педофил, если так залип на эту девочку, которую видит впервые и даже не знает ее имени.

Девчонка долго рылась в большой сумке через плечо, доставая и выкладывая из нее на стойку респешена вещи: расческу, зеркальце, носовой платок, надкусанную шоколадку, файл с документами, огромную связку ключей, упаковку прокладок и, в довершение всего, сухую ветку какого-то растения. Она прикусывала нижнюю губу, хмурила брови, наконец, нашла то, что искала, протянула документ Стасу и заправила волосы за ухо, внимательно рассматривая мужчину.

Он был очень красивым, мужественным, но с добрыми глазами. А ещё, он так странно на нее смотрел, что девушка как-то внезапно растеряла весь свой пыл и боевой настрой. Он смущал ее, хотя до этого мужчины никогда ее не смущали. Да и мужчин таких она никогда не встречала, их деревенские не в счет.

— Мельникова Екатерина Алексеевна, двухтысячного года рождения, тринадцатого декабря. Действительно, совершеннолетняя, почти двадцать.

Стас снова стал разглядывать девочку: гладкая, слегка загорелая кожа, маленькие ушки, вздернутый носик, тонкие пальчики перебирают широкий ворот кофты, а ее глаза изучают его. Как странно, они изучают друг друга.

— Место жительства деревня Малиновка, какое сладкое название, далеко, наверное.

— Да, не близко.

Катя выхватывает из рук этого странного мужчины паспорт, снова запихивает в сумочку лежащие на стойке вещи. Ее порядком стали раздражать этот насмешливый тон и слишкам долго изучающий ее документ мужчина. Она, в конце концов, не в ЗАГС с ним собралась, а, всего лишь, хотела найти работу. И, вообще, кто он такой? Отдел кадров?

Она хотела было уже развернуться и пойти в сторону огромной сумки, которая лежала в углу под большой кадкой с пальмой. Но ее потянули за руку, в момент стало совсем жарко, его прикосновение обжигало. Катя уставилась на руку, держащую ее локоть, потом на мужчину.