Сад Тишины

— Не надо. Не ходи туда! — кричит мне Анька, но я словно не слышу её. Мои ноги бегут всё быстрее и быстрее, я задорно оглядываюсь — не догоняет ли она меня?

— Да постой ты! Вернись!

Девочка невероятно напугана, и через ажиотаж игры до меня наконец-то доходит осознание этого. Я и правда останавливаюсь, смотрю вокруг себя. Чего ей так страшно стало? Вроде место самое обыкновенное, только сетчатым забором ни с того ни с сего огорожено и трава какая-то низенькая, пожухлая… Хотя, есть ещё что-то. Тишина. Странная тишина. Такой летом никогда не бывает. Всё равно чирикнет где птица, зажужжит шмель, пробежит с писком полевая мышь.

— Аня, а чего сюда нельзя? — боязливо поворачиваюсь я к девочке лицом. Всё-таки она местная, это я сюда на лето приехал. Ей должно быть больше известно об этом странном месте.

Аня же меня как будто не слышит и не видит. Вцепилась пальчиками в железную сетку, прижалась к ней носом и вдруг как заревёт в голос:

— Витёк! Куда же ты пропал, Витёк?!

— Аня?

Тут мне и самому страшно стало. Пятясь, как рак, я пошёл к тому месту, где забор обвалился. Туда, откуда я прибежал. Вот только не выйти мне. Руки в воздух упираются, как в стену.

— Нет, никуда ты не уйдёшь. Это мой сад, мальчик. И ты теперь в нём цветок.

Я обернулся на голос. Позади меня стояла смерть. Такая, как её часто рисуют. В мрачном балахоне, лицо капюшоном прикрыто. Ноги земли не касаются.

— Я не цветок, — бледнея, говорю я.

— Цветок. Очень молодой. Юный. Красивый.

Тут смерть рукой взмахнула, и всё вокруг потемнело. Исчезло поле, исчез забор, небо исчезло во мраке. А я словно сквозь землю заглянуть смог. Смотрю себе под ноги, а там костей немерено! И животных, и людей. Все лежат калачиками, как будто от боли сильной погибли. И от костей этих такая смертельная тоска исходит, что мною вмиг отчаяние овладело.

— Сейчас я посажу тебя, как и остальных, в земельку, — продолжает ровным голосом смерть, — и будешь ты цвести в ней вечно.

— Нельзя мне туда, нельзя вечно! — испуганно прошептал я. — Меня же бабушка к ужину ждёт. Ругаться будет.

— Не бойся. Всё исчезнет, все переживания пройдут.

Смерть медленно в мою сторону поплыла. Я истошно закричал. Туда-сюда ринулся. Нет, бесполезно всё. Лишь тьма вокруг. Мрак!

И вдруг я Аньку услышал:

— Витя, сюда давай! Сюда, Витёк!

На звук этих слов я со всех ног побежал, хотя доносились они, казалось, из самого центра сада. Но больше надеяться не на что было. И, на счастье, не сыграла то смерть со мной злую шутку. Я и правда Анину руку увидел. Ухватился за неё и как через густой туман через темноту на свет вышел.

Снова вокруг меня летняя поляна оказалась. Снова небо лазурное. Снова птицы летают, и жуки жужжат.

— Аня, — спрашиваю я, — а как ты меня оттуда вытащила?

— А я за забор одной рукой крепко ухватилась и туда, на Чёртов пятак, шагнула, — улыбнулась она мне и добавила. — Ты же мне утром дружить предлагал?

— Ага.

— Так, значит, ты теперь мой друг. А друзей в беде не бросают.

Тут я всерьёз задумался и спросил:

— Аня, а, когда мы вырастем, ты выйдешь за меня замуж?

Девочка на это звонко рассмеялась.

— Если только догонишь! — выкрикнула она и побежала в сторону деревни.