«Sacred: Кровь ангела»

Steve Whitton «SACRED: Engelsblut» 2005

Перевод с немецкого Ольги Бычковой

Перевод стихов Ларисы Кириллиной

ИД «Азбука-классика», 2008

С недавних пор в королевстве Анкария воцарился хрупкий мир, однако повелители преисподней не оставляют попыток захватить власть, прибегая к самым изощренным способам. В окрестностях небольшого поселка бесчинствует жуткое чудовище, с невероятной жестокостью убивающее невинных девушек. Последней надеждой запуганных жителей становится Зара – получеловек, полувампир, стремящаяся делать добро, но обуреваемая жаждой крови. Вместе с мошенником Фальком Зара пытается разгадать тайну бестии и нападает на след заговора, грозящего погубить Анкарию.

В память о КХМ

Мне не хватает тебя, старик.

Путь в тумане так странен!

Наособицу – каждый росток.

Неприкаян и куст, и камень.

И любой одинок.

Когда жизнь легка и светла,

у тебя друзей миллион.

Теперь же, как пала мгла,

друга нет – да и был ли он?

Мудрым стать невозможно,

если тайну Тьмы не постиг.

Но причастность к ней

непреложно отдаляет нас от других.

Путь в тумане так странен!

Одиночество – общий рок.

Никто никого не знает.

И любой одинок.

Герман Гессе. В тумане

Говорили, что в Анкарии, королевстве Надежды, зимы не бывает. Но подобные прописные истины легко изрекать тому, кто сидит дома в тепле у потрескивающего в камине огня, перед дымящимся жарким за кружкой медовухи, кому не приходится ломать голову над тем, как пережить следующие сутки. Так считала Свенья. Здесь, на торфяном болоте с кривоствольными деревцами, где каждый выдох сопровождает легкое облачко пара, а трескучий мороз укрывает природу блестящим белым покрывалом, все говорило о том, что наступила зима, обещающая по некоторым признакам быть суровой, как никогда. Уже в середине ноября на окнах маленькой хижины на окраине поселения возле болота, где Свенья жила с бабушкой, матерью, братьями и сестрами, к утру расцветали ледяные узоры, и если ненароком выскочить за дверь налегке и без толстых шерстяных носков, то запросто можно подхватить простуду. В первую очередь этой опасности подвергаются те, у кого мокрые ноги. Хотя молодая торфяница прекрасно знала все тропы на болоте, было достаточно одного неверного шага, чтобы по щиколотки оказаться в ледяной жиже.

Своим названием Уродливая трясина была обязана кривым низкорослым соснам. Они, напоминавшие фигурки гномов, тут и там торчали между водотоками и отложениями торфа. Когда же на болото ложился туман, деревья походили на тех несчастных уродов, которых несколько лет назад Свенья видела в Мурбруке на ярмарке: калеки и животные-мутанты о двух головах или с тремя руками, с непропорциональными туловищу короткими ногами и огромными черепами. Стоя у подмостков с младшими сестрами Мири и Хелен и разглядывая обиженных судьбой мужчин и женщин, с несросшимися заячьими губами, лицами с костяными утолщениями и кожными наростами, походящими на маски, Свенья почувствовала тогда отвращение и в то же время ее сердце преисполнилось глубокой скорбью. Что это за жизнь – выставляться напоказ перед всем миром, чтобы подлая чернь могла посмеяться над твоим несчастьем? И невольно порадовалась, что ее миновала подобная участь.