Рыжий

ВЛАДИМИР ЖБАНОВ

Рыжий

Повесть

ГЛАВА 1

Пробуждение, как обычно после хорошего алкогольного возлияния, было сум­бурно и отвратительно. Противная дрожь в руках и головная боль, да еще и со­бытия вчерашнего вечера всплывали в памяти нечетко и непоследовательно. Ры­жий нехотя открыл глаза и с отвращением посмотрел вокруг. Грязища. На полу и на столе армия пустых бутылок, окурки и остатки вчерашней закуски. Со сто­ном поднявшись, Рыжий подошел к столу и пошебаршил бутылками в надежде, что осталось еще немного спиртного. Тяжко вздохнув, он понял, что надежда не оправдалась. Поковырявшись в пепельнице, вынул еще не до конца истлевший окурок и закурил. Сухость и гадостный привкус во рту вызывали тошноту, но желание курить было сильнее. «От е..., что же я вчера так напился?» — горестно подумал Рыжий. Внезапно ему перестало хватать воздуха в комнате. Выйдя на улицу и вздохнув полной грудью, он огляделся вокруг. Мир был прекрасен. Вот только бы ещё пивка попить. Очередь была небольшой, а вот пиво оказалось не очень. Но опять же желание опохмелиться снимало всякие претензии. Как никто другой, Рыжий понимал эту разницу, потому что он, художник, бывал и пробовал, имел и чувствовал. Он переживал тот возраст, когда многие таланты, обозначив свое скромное место в истории, уходили, оставляя потомкам светлую память. Он был морально готов к этому. А что его жизнь: три семьи, дети, разводы, скандалы, драки. Потоптавшись, он порылся в кармане, вытащил несколько тысяч. Тысяч!!!

Да раньше за эту сумму можно было купить машину, дачу или попасть под рас­стрельную статью, а теперь её едва хватало на пиво.

Тьфу, дрянные дерьмократы-реформаторы!

«Мне повторить», — Рыжий протянул бокал с отбитой ручкой. Так продавцы боролись с воровством бокалов и одновременно со спекуляцией залогов за бока­лы. А то ведь находятся умельцы, которые умудряются брать бокалы из одного киоска бесплатно и сдавать в другой, получая залог.

Пиво подействовало, но не вполне. Рыжий, понурясь и начиная ненавидеть все вокруг, поплелся в мастерскую. Стало невыносимо скучно. Депрессии частенько посещали его с похмелья. Последняя жена пыталась уговорить его закодироваться от пьянства, чтобы сохранить семью. Но он не захотел, так как не мог представить себя без тех волшебных минут, когда хмель увлекал его в другой мир, красочный и радостный. Он был талантлив и увлекался многим, а алкоголь давал тот стимул, без которого он не мог осуществить свои замыслы и идеи.

Жизнь Рыжего была сложна, интересна, многообразна и драматична, но все- таки счастлива. По крайней мере, он всегда считал себя человеком счастливым, прежде всего потому, что испытывал истинное удовольствие от своего творче­ства. Ведь работая, он переживал ни с чем не сравнимые минуты. Одиночество и свобода при работе были тем эликсиром, который, пожалуй, невозможно было ничем заменить. Главным всегда оставалось его творчество.

Рыжий прилег на кушетку. «Паутины собралось, кругом грязь. В мастерской грязь, в жизни грязь, везде грязь».

В окошко постучались.

— Кто? — крикнул Рыжий и пошел к дверям. Вошел его коллега.

— Балдеешь? А может, сделаем? — Петро, как всегда подчеркнуто веселый, хлопнув по плечу, ввалился как к себе домой.

— Денег нет. Кончились.

— Вечно ты нищий, Серега, когда уже будешь зарабатывать хотя бы на водку?

Петро сел, закинув ногу на ногу и закурил.

«А что ему, — подумалось Рыжему. — Детей нет, жена содержит, свои деньги он пропивает. Напишет вшивенькую картинку и все».

— Ну так, это, я в салоне «Сирень» продал. Возьмем?— вальяжно произнес Петро.

— Давай, — согласился Рыжий, — только у меня сегодня встреча, сам пони­маешь, должен быть в норме.

— Ерунда, одну покатим и все, прикусить есть?

— Не-а, — Рыжий виновато почесал затылок.

— Ну, пошли, что ли?

В гастрономе взяли бутылочку водки и дешевый салат.

— На днях выставка, что-нибудь будешь сдавать? — поинтересовался Петро.

— Да, выставлю, — лениво произнес Рыжий, хотя думал о другом. Последнее время он научился этому — слушая собеседника, думать о другом. Но Петро об этом знал и, будучи человеком проницательным, сразу же говорил Рыжему: «Что, сброс пошел?»

А Сергей думал о том, что не сложилось в жизни главное — семья. Ведь про­жили же его родители всю жизнь вместе. Всякое бывало у них, но сумели они семью сохранить.