Рыцарь и Ко (СИ)

Светлана и Евгений ЗАХАРОВЫ

Рыцарь и Ко

Анонс

Жил-был Доблестный рыцарь Фараморский - Фенрих Мастистый со своей любимой женой Гераньей и милыми детками Хрунгильдой, Матильдой, Германом и Леопольдом.

Однажды поехал Доблестный рыцарь со своим верным оруженосцем Причардом Калидомским по своим рыцарским делам, да и пропал на чужбине. Только верный Прич вернулся в замок, притороченный к седлу.

Погоревали домочадцы, да делать нечего - надо вызволять Доблестного рыцаря из плена. Отправилась Хрунгильда с верным оруженосцем на поиски отца, да и сама исчезла. Только верный Прич снова вернулся в замок, притороченный к седлу. Горюй не горюй - надо уже двоих из плена выручать. И решает Геранья отправить на поиски старшего сына. А в подмогу ему выдали верного Прича да отцовский запасной меч..

Все персонажи данной книги не вымышлены. Любое совпадение с реальными

событиями абсолютно неслучайно. За действия героев книги авторы

ответственности не несут.

Часть первая

ЛЕГОГО!

ГЛАВА 1

Фазаны есть птицы загадочные и непонятные...

Из "Жизнеописания фазанов"

Неприятности настигли меня за обедом. Точнее, еще до обеда - в виде обормота слуги, опрокинувшего на меня блюдо с фазанами в подливке. Как ни странно, я на него не обиделся, не стал волочь слугу за руку по замку, подвывая под каждой статуей: "Покалечили! Изуродовали! Мама!", как это сделал бы мой младший брат Леопольд. Вовсе нет. Я молча похлопал оробевшего слугу по лысине, после чего пошел отмываться. Ну а затем, как вы уже поняли, и начался обед.

За столом нашим царила непривычная тишина. Никто не скандалил по поводу разлитого супа, не чавкал, отправляя в рот сочные кубки оленьего мяса, не производил ужасные звуки, обсасывая кости и собственные пальцы. Объяснялась подобная тишина простой причиной: все собравшиеся за столом грустили.

Я переживал свой позор - вспомнить только, как хохотали слуги, застав меня в коридоре с блюдом на голове, его содержимым на моем любимом голубом жилете и фазаньими перьями, облепившими все остальные, необработанные доселе участки тела.

Моя матушка, которую при рождении нарекли не очень-то благозвучным именем Геранья, оплакивала безвременно ушедшего мужа Фенриха Маститого. Мало того что Фенрих ушел в последний поход, не взяв с собой талисман (песочные часы весом в триста фунтов), так еще и пал в бою с ледяными великанами (хотя великаны считали ледяным самого Фенриха по причине его склочности, неуживчивости и привычки чуть что - кидаться камнями) год тому назад. Матушка же до сих пор обреталась в состоянии глубочайшего траура, что не мешало ей, впрочем, находиться в весьма деликатном положении. Геранья у нас мама дородная, могучая, так что рождение пятого ребенка, думается, не представит для нее особого труда.

Кроме меня, в число детей матушки входят: уже упоминавшийся Леопольд, грустящий сейчас по закончившему свое бренное существование цыпленку, Хрунгильда - дева-воительница - отправилась выручать отца несколько месяцев назад. Да еще Матильда... О ней бы мне вообще не хотелось писать, но так уж случилось, что именно она стала одним из главных персонажей этой удивительной истории. Матильда - старшая сестра мне и Леопольду, но младшая - Хрунгильде, что не мешает ей быть почти такой же могучей и объемистой. Вообще, все женщины в нашем роду худобой и хилостью никак не отличаются. К тому же Тильда - рыжая! Ха! Нет лучшего повода для насмешек, чем огненная копна волос на голове у любезной сестрицы. А вот, скажем, я не рыжий, довольно стройный... Но расхваливать себя неприлично, хотя и очень хочется. Лучше продолжить описание обеда.

Тильда, уперев полные руки в пухлые щеки, испытывала сейчас вполне объяснимую тоску, сходную с Леопольдовой, но не по каким-то там жалким цыпляткам, а по своему любимому блюду - фазанам. Изредка она кидала на меня такие душещипательные взгляды, что от этих щипков мне ужасно хотелось залезть в супницу и просидеть там до конца обеда.

Однако все эти мелкие печали были ничем по сравнению с тем, что обрушилось на нас в следующий момент. Матильда, уплетавшая третью порцию мяса по-франкски (еще одно любимое лакомство, для приготовления коего специально из Франкии были выписаны: специальный мясник, специальный повар и специальные франкские коровы), внезапно наклонила голову и прислушалась:

- Фто это фа вук? - спросила она с набитым мясом ртом. - Флыфыте?

- Ветер, - успокоила ее матушка, прихлебывая сок из громадного кубка. Так воет только ветер.

- А еще волки, - добавил я.

- Средь бела дня, - кивнула Тильда. - Не смеши народ.

Леопольд, как по команде, хлюпнул в свой стакан.

- А еще, - не унимался я, - так воет наш старый слуга Микроскоп, когда у него забирают увеличивающие стекла и пытаются из них сделать зажигатель для дров. А, Матильда?

- Я вот сейчас тебе такой зажигатель покажу, - пообещала было моя дорогая сестричка, но тут...