Русский кайзер

© Панфилов В.С., 2016

© ООО «Издательство «Яуза», 2016

© ООО «Издательство «Эксмо», 2016

С момента коронации прошло три года, и нужно сказать – очень насыщенных. Из печальных новостей: умерла Наталья, причем всего через год. Отравили, и это были не интриги Больших Держав, а попытка одного из аристократических родов, эмигрировавшего из Венгрии после поражения в гражданской войне, пробиться наверх.

Баттьяни сперва слишком долго «ставили» на Фердинанда Австрийского, затем столь же неуклюже повели себя в гражданской войне, борясь за венгерский трон. Проиграли, после чего бежали в Венедию, где правдами и неправдами принялись восстанавливать влияние. Ну и хватило… как «ума», так и решительности – задумали исправить сложившуюся ситуацию, подложив Игорю одну из своих дочерей. Сперва в качестве любовницы, затем фавориткой… Девица и правда была на редкость хороша, но Баттьяни были слишком высокого мнения о ее достоинствах и слишком низкого – о самообладании короля.

Отравили Наталью, расчищая Белле дорогу на престол (ну это они так почему-то решили, у Игоря на нее планов, кроме как «повалять», не было), причем грубо – так, что фон Бо долго искал следы спецслужб, подозревая за топорной работой сложную интригу. Не нашли: Баттьяни оказались слишком самоуверенны, их ничему не научили недавние неудачи. Ну и… ВСЕ немногочисленное семейство уселось на колья… Да, Рюген не спешил играть в гуманизм, отменяя пытки и смертные казни. Пусть они применялись нечасто, но зато неотвратимо…

Состояние Грифича было хреновым, он едва не ушел в запой. Спасли дочери, постоянно тормошившие отца. Отошел только через год, но вновь смотреть на женщин начал совсем недавно.

Были и хорошие новости. Женился Богуслав на Анастасии из рода Долгоруких – удачно, по любви и расчету одновременно. К 1787 году у них было уже двое детишек – сын Мстислав, родившийся в 1785-м, и дочка Милослава, появившаяся на свет в 1787-м.

Женился и Святослав, на Марии из рода Голицыных, но с детьми пока не спешили.

Вышли замуж дочки. Людмила за единственного сына фон Бо – друга детства, чья дружба плавно перетекла в любовь. Учитывая общие интересы к науке, брак обещал стать вполне гармоничным. Наличие двух дочерей-близняшек, увидевших свет в 1786-м, – Яснолады и Златомиры, не мешало ей заниматься научной работой в области медицины, а ее мужу Теодору возглавить физико-математическую кафедру университета Штральзунда.

Светлана вышла замуж за сына прославленного Савватея Ворона, приняв православие старого толка. Трое детей-погодков: Алексей, Михаил и Георгий 1785, 1786, 1787 годов рождения. Это не помешало ей возглавить Академию Художеств Венедии, причем что интересно – по заслугам. Она еще подростком переросла Игоря, встав в один ряд с лучшими мастерами региона… Муж, Трофим, был старше почти на десять лет, успел заслужить славу отменного корабельного инженера и храброго моряка, овдоветь, жениться второй раз и… оказаться полностью под каблуком жены-принцессы.

Династические браки для сыновей пришлось похерить в принципе. Никто из потенциальных невест не подходил по двум важнейшим категориям: возможность принести здоровое потомство и политическую выгоду для государства. Многочисленные принцессы из нищих аристократических родов не давали никакой выгоды, а богатые невесты в большинстве своем были жертвами многократного инцеста…

«Технически» были и нормальные претендентки, но девушки были уже сговорены за кого-то, или же отношения с их государствами у Померанского Дома были скверные. Так что… Долгорукие и Голицыны были очень неплохим вариантом – роды известнейшие, весьма котирующиеся как в России, так и в Европе. Нельзя же было рассматривать всерьез «свежеиспеченные» королевские семьи Словакии или Моравии? Точнее – можно, вот только выгоды от них никакой. Они моментально начали бы тянуть деньги и пытаться втравить Померанский Дом в свои мелкие свары с соперничающими родами.

Аналогично и с дочками: в качестве невест красивейших девушек Европы хотели бы видеть многие, тем более – «свежая кровь». Вот только для Венедии выгоды от их браков не намечалось: вон бывшая королева Швеции приходилась сестрой Фридриху Прусскому. И две страны постоянно воевали…

Была урезана армия Унии – до восьмидесяти тысяч человек в общей сложности. Пусть враги остались сильны… но система подготовки резерва позволяла за две недели увеличить численность вдвое с минимальной потерей качества. А за месяц можно было довести численность личного состава примерно до двухсот двадцати тысяч, и это только подготовленных бойцов. Постоянно проводились какие-то маневры для кадровых и резервистов, так что качество подготовки было на высоте.

Большие деньги уходили на флот, но, учитывая безопасность на Балтике и резко возросшую торговлю, он полностью себя окупал.