Руна Гибели

Пустота… Она обволакивала Рагнара всего, прижимаясь к плоти Первого словно самая страстная любовница, и пыталась проникнуть внутрь его тела сквозь рот, нос, уши, глаза и даже мельчайшие поры кожи. Его защитная энергетическая оболочка пока держалась, но это стоило ему немалых усилий. Хотя, казалось бы, абсолютное ничто в принципе не может быть способно на подобные действия, но совсем пустой Она не была. В Ней струилась энергия, правда, темная и бесконечно чуждая всему, рожденному в материальной Вселенной, а также явно ощущалась разумность Ее действий, как будто вся Она была огромным, распределенным по чудовищному объему пространства сознанием — этаким гигантским хищным мозгом. Неутолимый голод этого неописуемого монстра Первый чувствовал буквально кожей, и от этого ему становилось здорово не по себе: как ни крути, а масштабы их были просто несопоставимы: он, микроскопическая частица материальной Вселенной, и безбрежное голодное ничто.

Пока Рагнара, видимо, спасало его собственное быстрое перемещение, а также то, что сущность Пустоты растеклась слишком широко, и Ее концентрации в данном конкретном месте не хватало, чтобы поглотить вторгшуюся в Ее владения одинокую золотистую искорку. Поэтому для Первого сейчас важнее всего было с максимально возможной скоростью двигаться к цели, ради которой он, собственно, и забрался так глубоко в эту алчную тьму. Его цель — Вселенная Антагар, предыдущее детище Творца, до которой требовалось дотянуть Нить Творения. Впрочем, Нитью она только называется. На деле же это — энергоинформационный канал, который свяжет между собой обе Вселенные, чтобы Творец впоследствии смог накрепко стянуть их вместе. Двигаясь к заданной цели, Рагнар испускал из себя Нить, словно паук свою паутину. Хотя подобное сравнение было бы непонятно Первому, ибо таких тварей еще не существовало в природе.

Нить Творения, заложенная внутрь его сущности самим Творцом, в дальнейшем сослужит Рагнару еще одну службу — поможет вернуться назад, в свою родную Вселенную. Но она же является и источником великой опасности, ибо по ней течет чуждая Пустоте энергия творения, вызывая возмущение в тех ее частях, через которые проходит. Гигантская сущность Пустоты несомненно рано или поздно отреагирует на это раздражение и по следу энерговозмущений неминуемо обнаружит его, Рагнара. А вот тогда уже Первому не позавидуешь. Единственное, что он может сделать — это как можно скорее выполнить свою миссию и вернуться назад до того, как Пустота сконцентрирует в одном месте достаточно энергии, чтобы породить сущность Иерарха или двух, а также сотни тварей поменьше, назначением которых будет высасывать из него Силу. И если им это удастся, Первый обречен.

Битва с Пустотой — дело заведомо безнадежное. Вся надежда на инертность Ее громадного организма и невозможность быстрой концентрации энергии. Да и на порождение боевых сущностей (особенно уровня Иерархов) тоже потребуется время, ведь Пустота предельно рациональна и не тратит энергию на поддержание жизни тех, в ком нет насущной необходимости в данный момент. Она создает их, лишь когда в Ее гигантском организме возникают болевые точки: упорядоченные Вселенные, Нити Творения или незваные гости, вроде него. Эти сущности способны активно воздействовать на источники раздражения и подавлять их. Этакие антитела, борющиеся с вирусами. Впрочем, аналогия не совсем верная. Вирусы для живого организма опасны, ибо наносят ему вред и могут даже убить, в то время как материальные Вселенные Пустоту просто раздражают, словно мухи, летающие по комнате.

Через некоторое время Рагнар решил, на всякий случай, сменить направление размышлений. Кому, как не Первому, наделенному талантом Творения, знать о материальности мысли, тем более, если порождает ее такой, как он? Чем меньше думаешь о Пустоте, тем меньше шансов, что ожидание ее активного противодействия воплотится в реальность. Гораздо безопаснее и приятнее тема оставленной им молодой Вселенной. Собратья по поколению сейчас постепенно наращивают вокруг Базового плоть новых миров, призванных служить его защитой от Пустоты. Тем же самым занимался бы сейчас и он, причем с гораздо большим удовольствием, чем порученной ему, пусть даже чрезвычайно важной, но и настолько же опасной миссией. Но ничего, по возвращении он наверстает упущенное! Творец обещал ему выделить сектор пространства для реализации его творческих планов. Ох, и развернется же он там!