Рождественские традиции. Рассказы, очерки, воспоминания

Допущено к распространению Издательским советом Русской Православной Церкви ИС Р15-5П-0554

Когда Спаситель пришел в мир, человечество не праздновало Его День Рождения. Вместе с Ангелами славить Его приход удостоились чести Богородица, праведный Иосиф, пастухи, которые оказались поблизости, и волхвы, которые пришли издалека. Теперь Рождество Христово отмечают во всем мире, и в каждом уголке земли есть свои традиции празднования этого торжества.

Данный сборник можно назвать энциклопедией рождественских традиций, поскольку рассказы, очерки и воспоминания, вошедшие в него, предлагают читателю срез обрядов и обычаев, охватывая многие времена и страны: от века восемнадцатого до двадцать первого, от Малороссии до Египта и «Эндии» (Индии), от Москвы и Одессы до Вифлеема. Герои их – казаки и крестьяне, купцы и дворяне, паломники, эмигранты и просто путешественники, дети.

Открывает сборник великолепная фантасмагория Н. В. Гоголя «Ночь перед Рождеством». Несмотря на хрестоматийность этого произведения, читатель получит удовольствие от прочтения, ведь текст Гоголя значительно ярче и насыщеннее деталями, чем любая его экранизация. Классический святочный рассказ задает тон всему сборнику. Тут и горести героя, и разгул нечистой силы, и чудо, и счастливый финал.

В другом рассказе этого жанра – «Под Рождество» Л. О. Кармена – с героями не происходит ничего сверхъестественного. Однако удачное стечение жизненных обстоятельств помогает одному герою получить свой скромный подарок на Рождество, а вот что ждет другого – призадумаешься.

Слово «традиция», как известно, переводится с латинского как «передача». В рассказе «Рождественский фонарь» С. М. Макаровой читатель хорошо чувствует суть такой передачи, по воле автора наблюдая традицию нескольких поколений мастерить к празднику рождественский фонарь.

На примере обычаев своих семей И. С. Шмелев, К. В. Лукашевич и А. П. Арцыбушев показывают рождественские традиции России начала двадцатого века. Интересно, что некоторые, казалось бы, незначительные детали совпадают. Например, в семьях Лукашевич и Арцыбушевых было не принято наряжать елку вместе с детьми, для них она становилась впечатляющим сюрпризом.

Отрывок из романа Ивана Шмелева «Няня из Москвы», на первый взгляд, имеет отношение к теме рождественского путешествия. Однако, в отличие от паломнических очерков о встрече Рождества в Вифлеемской земле А. Н. Муравьева и в современном Египте В. В. Белякова, здесь описывается, наоборот, отсутствие традиции отмечать Рождество, что вызывает у героини, простой крестьянки, оказавшейся на Рождество в Индии, острый приступ тоски по России и дорогим ее сердцу обычаям.

Сейчас многое из того, о чем вспоминала героиня Шмелева и другие герои сборника, снова вошло в нашу жизнь. Для многих людей главным праздником новогодних каникул становится Рождество. Проводятся традиционные выставки-ярмарки, где люди находят подарки себе и близким – книги, сувениры, монастырскую снедь. И это хорошо! Главное, чтобы за внешними атрибутами не терялась суть праздника, и в храмах на Рождество было бы так же многолюдно.

Герои произведений, вошедших в сборник, за обрядами не забывают о главном – о покаянии, как первом условии спасения, ради которого и явился в мир Христос. Так, например, В акула, кузнец и «богомаз», сокрушается, что проспал обедню, и накладывает на себя епитимью «бить по пятидесяти поклонов через весь год». Няня из Москвы воспринимает все происходящее вокруг нее как наказание за грехи.

Будем же и мы за соблюдением приятных традиций не забывать о Христе, и вместе с автобиографическим героем Арцыбушева детскими глазами смотреть на праздничную суету: «Этот хоровод дымов был настолько фантастичен и переполнен всякими зверями, птицами, Ангелами и Херувимами, что невольно переносил меня в далекую вифлеемскую ночь, в которую все Небесные Силы славословили родившегося Христа Спасителя».

Александр Логунов, поэт и музыкант

Последний день перед Рождеством прошел. Зимняя, ясная ночь наступила. Глянули звезды. Месяц величаво поднялся на небо посветить добрым людям и всему миру, чтобы всем было весело колядовать и славить Христа[1]. Морозило сильнее, чем с утра; но зато так было тихо, что скрып мороза под сапогом слышался за полверсты. Еще ни одна толпа парубков не показывалась под окнами хат; месяц один только заглядывал в них украдкою, как бы вызывая принаряживавшихся девушек выбежать скорее на скрыпучий снег. Тут через трубу одной хаты клубами повалился дым и пошел тучею по небу, и вместе с дымом поднялась ведьма верхом на метле.