Рождественские забавы

О Рождество в Шамблз-холле! Все было как на карти нах, изображающих его празднование когда-то в старой доброй Англии, - святочные поленья, гирлянды из бумажных колец и, как полагается, елка, со всеми украшениями, свечками и игрушками. В огромном зале горел камин, излучая бесконечные волны тепла и поднимая настроение. А вокруг дома лежал снег, и по нему гордо поскакивала местная малиновка… Снег, как и должно быть на Рождество, засыпал все вокруг, укутал голые деревья но обеим сторонам длинной подъездной аллеи, ведущей к усадьбе. И на этом снегу не было ни единого следа.

- Конечно же, - проворковала Фелисити, прижимаясь к сидевшему возле окна достопочтенному Найджелу, - мы совершенно, совершенно отрезаны от внешнего мира. Случись что-нибудь…

Над камином в роскошной столовой висел объект-напоминание. В соответствии с правилами, такой должен был присутствовать в каждом эпизоде. Здесь это был написанный маслом пейзаж, копия снимка, сделанного исследовательской ракетой на сумеречных просторах некой планеты, вращающейся вокруг звезды Барнарда. Сверху картина была украшена веточкой омелы [1].

Лорд Блекхэт [2], финансист из Сити, разорил бессчетное число мужчин и изо всех сил старался погубить не меньшее количество женщин, но при этом был не лишен некоторой сентиментальности и всегда приглашал своих жертв на Рождество в Шамблз-холл. Таким причудливым способом он играл с Судьбой. Он никогда не утруждал себя тем, чтобы убрать или обезопасить хоть какую-то часть его оружейной коллекции, напоминавшей о его спортивной молодости; все это в огромном количестве украшало дубовые панели на стенах. Палаши, арбалеты, рапиры, дробовики, дубинки, кистени, гарроты, склянки с синильной кислотой всегда были в холле под рукой. К сегодняшнему празднику лорд Блекхэт добавил перчику, шантажируя несносного старого полковника и не дав согласия на уже намеченную свадьбу своего сына и Фелисити.

Очередным увлечением герцогини Спонг в этом году было гадание на картах Таро. Как старинный друг семьи, мошенническим путем лишивший герцогиню причитающегося ей наследства, лорд Блекхэт любил потакать ее капризам.

- Одну карту поверх твоей, другую поперек, - нараспев произносила она, раскладывая карты.. - Вот это у тебя на сердце, а это - в голове, а вот твоя судьба, которая настигнет тебя примерно во время ужина.

- Интересно, - произнес его светлость без особого удивления, - они все как будто тузы пик.

Полковник и профессор шагали по Тисовой аллее, рассказывая байки на темы теории относительности и охоты на тигров близ города Пуна.

- Господи, - внезапно сказал профессор. - Здесь следы… Похоже, они принадлежат гигантской собаке!

- Мне кажется, здесь была собака управляющего. Огромная зверюга, черт побери.

- На мгновение мне подумалось, что, несмотря на Рождество, нечто дурное может все же нарушить наше веселье, ха-ха.

Полковник коротко рассмеялся:

- Кое-кто расколет здесь, как орешек, любую тайну, проф. Забавно, что среди гостей будет тот самый прославленный сыщик-любитель Честер Дикс, благодаря которому столько подлых душегубов предстали перед судом!

- Ах да, я-то, по рассеянности своей, чуть было не забыл. Но, полковник, Дикс, конечно же, приехал сюда не… работать?

- Галиматья! Вздор! Выкиньте такие мысли из головы, дружище!

Профессор вздрогнул.

- А… что это там промелькнуло?

- Всего лишь зловещая сорока, проф. Она перелетела лам дорогу. Говорят, это предвещает горести и неудачи, как и те тринадцать черных кошек, вон там.

- Мышление ученого не приемлет подобной ерунды, - со всей ответственностью произнес профессор, проходя под приставленной к стене лестницей [3].

Из холла донесся звон разбитого стекла: юная горничная уронила еще одно зеркало.

- Просто перестарались те, кто создавал здесь надлежащую атмосферу, - пробормотал полковник. - Ну что же, Рождество бывает лишь раз в году.

Честер Дикс осмотрел себя в зеркале над туалетным столиком. Нафабренные усики, охотничья шляпа, монокль, увеличительное стекло - все, кажется, как надо.

- Нужно уметь пользоваться маленькими серыми клеточками [4], - сказал он наугад. - И что же, ей-богу? Когда вы отбросите все невозможное, то, что останется, каким бы невероятным оно ни казалось… [5] - Тут он сбился и начал все заново.

- Мортимер, - сказал невероятно красивый, но страдающий потерей памяти незнакомец, загадочным образом появившийся в Шамблз-холле как раз перед тем, как снегопад практически отрезал усадьбу от близлежащей деревушки Мэйхем Парва [6].- Себастьян. Чолмондели, произносимый как Чили [7]. Что-то очень похожее на одно из этих имен.

- Алдиборонтифоскофорниос, - предложила Фелиситн первое, что пришло ей в голову. - Хрононхотонтологос [8], произносимый как Крис. Ведь узнаете же вы собственное имя, когда его кто-то назовет.

- Конечно узнаю. Фред. Фред! Нет… нет, не Фред. Достопочтенный Найджел Скаттергуд [9], сын Блекхэта и наследник нечестно нажитого состояния, угрюмо вперил взор в огонь, пылавший в огромном камине.