Рождённая мечтой

ГЕННАДИЙ АНУФРИЕВ

РОЖДЁННАЯ МЕЧТОЙ

Отечественная фантастика пережила свои "Вискули"

В середине 90-х годов прошедшего века, когда в стране как грибы по­сле дождя появлялись новые печатные издания, я также попытался соз­дать журнал - «Наука и фантастика». И даже получил свидетельство о регистрации. Но в силу финансовых проблем издателя журнал так и не увидел свет. Среди подготовленных к печати материалов была статья док­тора исторических наук Игоря Можейко, более известного как писатель- фантаст Кир Булычев, специально написанная для нового издания. В ней он не только тонко подметил, но и замечательно показал на исто­рических примерах, что «фантаст по складу своему - существо чуткое, быстрее других улавливающее тенденции в развитии общества». Киру Булычеву принадлежит еще одно, парадоксальное на первый взгляд, вы­сказывание: «Фантастика более, чем реалистическая литература, связа­на с жизнью общества в понимании ее как суммы социальных процессов».

Как известно, на рубеже 30-х годов XX века фантастика в советской стране потерпела катастрофическое крушение. Словно по мановению волшебной па­лочки она исчезла со страниц массовых журналов той поры. В 1930-1931 годах перестали выходить наиболее популяр­ные журналы, активно печатавшие фан­тастику: «Всемирный следопыт», «Во­круг света», «Знание - сила», «Техника - молодежи». Почему так произошло? По­тому что по сути фантастическими были СМИ того времени, в ко­торых миллионами тира­жировались утопические картины, далекие от ре­альности. Утопическими были «реалистическая» литература, живопись, ки­нематограф. А сама фан­тастика, еще недавно бур­но развивавшаяся (вспом­ним раннего М. Булгакова, А. Толстого, М. Шагинян, И. Эренбурга, Вс. Иванова, Е. Замятина, А. Грина и других), стала лишней. Инстинкт само­сохранения заставил фан­тастов замолчать. А как иначе, если на твоих гла­зах критики начинают «колотить» фанта­стическую пьесу Маяковского «Клоп» за «клевету на наше общество»? В газетах и журналах пышным цветом расцвел то­скливый жанр «научно-фантастического очерка». Даже Александр Беляев «прило­жил к нему руку» - выживать-то надо! - написав «Подводных земледельцев» и «Город победителя». Эти произведения выглядели особенно жалко после его зна­менитых «Человека-амфибии», «Головы профессора Доуэля».

Но всегда существуют исключения из правил. Даже в те безотрадные для фан­тастики годы случались прорывы научно-­фантастической мысли. Один из них со­вершил профессор Белорусской академии наук Б.К. Армфельдт. В 1927 году он опу­бликовал рассказ «Прыжок в пустоту», в котором описал свой проект изучения верхних слоев атмосферы - при помощи гигантской ракеты с крыльями. Это - один из самых технически грамотных проектов для того времени. В самом деле, задуман полет для исследования космических лу­чей: вскоре это станет основной задачей стратонавтики. Взрывчатым веществом служила смесь пороха с углем - прообраз твердотопливных ускорителей. Управ­ляли ракетой Бориса Армфельдта рули-щиты, приводимые в движение струями раскаленных газов - идея газовых рулей нашла впоследствии широкое примене­ние. Пассажирская кабина отделялась от аппарата перед его падением и опускалась на парашюте, что можно считать пред­видением системы спуска возвращаемой капсулы современного космического ко­рабля. Любопытно описал Армфельдт и старт космического корабля с поверх­ности моря. Возможно, его идеи когда-нибудь пригодятся при полетах на покры­тые водой планеты...