Рождение Королевы

Погода была ужасной и настроение ей под стать – впрочем, у Елены уже давно не было другого. Старательно обходя лужи – туфли были старенькие и единственные – она торопилась в офис, недоумевая, зачем шефиня вызвала ее на ковер в разгар рабочего дня. Шефиней была директор Центра социального обслуживания населения одного из районов областного города Желтогорска. Выбившись в начальство из рядовых работниц исключительно потому, что в числе ее подопечных оказалась мать одного влиятельного человека, которого она слезно, почти на коленях умолила помочь ей, она держалась за свою должность мертвой хваткой. Зная работу не понаслышке, она не давала спуску своим подчиненным, понимая, что малейший их промах мгновенно скажется на ней, и прощай теплый кабинет – благодетель предупредил ее, что его помощь будет разовой. А у власть предержащих и своих кандидатур на это место хватало – кто же не захочет устроить на непыльную работенку свою родственницу? И тогда ей снова придется в любую погоду таскаться с тяжелыми сумками, а возраст и здоровье уже не те. Вот она и следила за подчиненными день и ночь, старательно гася даже намеки на какие-либо конфликты.

Елена проработал в центре всего неделю, старалась изо всех сил, но, многого еще не зная, думала, что совершила какую-то страшную ошибку, и готовилась к разносу, на которые шефиня была большая мастерица, а то и к увольнению – хотя штат был не укомплектован, та, не задумываясь, выгнала бы ее, дорожа собственным местом.

Войдя в офис, Елена забежала в туалет, чтобы привести себя в порядок и, взглянув на свое отражение в зеркале, только горько усмехнулась. И было от чего. В свои неполные пятьдесят лет она выглядела гораздо старше, о косметике и прочих женских штучках давно и хорошо забыла, а ее густые, черные с обильной сединой волосы торчали во все стороны, потому что соседка, работавшая когда-то мужским мастером и теперь по дешевке стригшая всех окрестных старух, к которым Елена причисляла и себя, была подслеповата. Кое-как причесавшись, она пошла к кабинету шефини, внутренне готовая к тому, что судьба приготовила ей очередную пакость – как будто ей предыдущих было мало!

За дверью бушевало то, что посторонний человек счел бы скандалом, а на самом деле было обычным рабочим моментом – это шефиня выясняла отношения с одной из своих подчиненных, судя по голосу, Надеждой.

– Ну, знаешь! – бушевала Надя, которая когда-то начинала вместе с начальницей и они были на «ты». – Я и так перед Княгиней только что барыню не плясала, а она?!.. Да она сама не знает, какого рожна ей надо! Пользуется тем, что ты перед ней стелешься, и перебирает нас, как другая – помидоры на базаре.

– А ты знаешь, сколько она сюда платит? – кричала в ответ шефиня. – Она за полный комплекс услуг платит!

– Знаю! Сама у нее деньги беру! Только ей от нас ничего не надо! Совсем! Ни продуктов, ни рецептов, ни оформления документов! – не унималась Надя. – Она с жиру бесится и любопытством мается! В душу влезть хочет! И все-то ей знать надо: какое у тебя образование, какая семья, что и о чем ты думаешь, почему ты именно здесь работаешь… Из одной все, что можно, выпытает, а потом другую требует! Да какое ее собачье дело, почему я здесь работаю? Уж не от хорошей жизни я сюда пришла, как и ты когда-то! Да у меня проблем – выше крыши! И делиться я ими с ней не буду! Она же меня все равно не поймет! Она же ни одного дня в своей жизни не проработала! Всю жизнь за мужем-профессором припеваючи прожила в собственном особнячке! Мы с тобой, как лошади ломовые, вкалывали, а она?! Маникюрчики-педикюрчики! Завивочки-укладочки! – ерническим тоном сказала она. – Бабе под восемьдесят, а она все никак угомониться не может!

– Значит, умнее нас оказалась, раз сумела так устроиться, – вздохнула шефиня.

– Это точно, – вынуждена была согласиться Надя и снова взорвалась: – Только какого черта я буду с ней лясы точить и кофе распивать?! Да у меня каждая минута на счету! У меня своих дел по горло! Да мне этот кофе ей в морду выплеснуть хочется! Мне этот ее сладкий кусок в горло не лезет! А я ей улыбаться должна! Нет, вот ты скажи, чем я ей не угодила?

– Да нет у нее к тебе никаких претензий, – успокоила ее шефиня. – Просто хочет другую социальную работница! Вот и все!

– Так не осталось же никого, – удивилась Надя.

– Ошибаешься, Королёва осталась. Последняя, – поправила ее шефиня. – И мой последний шанс как-то поладить с Княгиней.

– Новенькая?! – воскликнула Надя.