Рождение Феникса

Зимняя ночь… точнее, вечер, но в январе особо разница не ощущается. Пожалуй, в других обстоятельствах я бы сказала, что это самое время прогуляться, любуясь звёздным небом и снегом, красиво мерцающим под лунным светом. Но здесь, в этом осточертевшем городе, ночное небо было угнетающим, непроглядно чёрным, как дыра, снег – серым и грязным, а луну затмевал искусственный свет фонарей. Из всех прелестей зимней ночи оставался лишь дикий холод, пробирающий до костей, и лёд вперемежку со снежинками, бьющими по лицу и забирающимися за ворот.

Было примерно часов восемь, может, больше, а я всё ещё добиралась до общаги, щурясь от беспрерывно валящего снега и со стороны, наверное, очень напоминая снеговика. Однако этот день был явно одним из самых хреновых в моей жизни вовсе не потому, что я замёрзла или устала.

Вика, моя соседка и, как ни странно, лучшая подруга, сидела на своей кровати, облокотившись на спинку, и сосредоточенно что-то писала в своей бесконечной толстенной тетрадке.

– Привет, – Услышав, как я вошла, кивнула мне Вика, тут же снова возвращаясь взглядом к своей писанине.

– Привет, – устало ответила я, небрежно скидывая мокрый пуховик и смешные пушистые зимние сапоги, все плюсы которых начинались и заканчивались на удобстве. А что? Я, конечно, верю, что красота требует жертв, но далеко не всегда готова их приносить. По настроению.

В нашей комнате как всегда царил лёгкий творческий беспорядок, но нам обеим редко когда это мешало. Да и вообще, всё, что мне нужно было в этот момент – кровать, жратва и ноутбук. Всё это было в наличии, так что возможность зарыться в свою норку и заняться самоедством ещё оставалась при мне. Однако и с этим меня обломали.

– Что-то случилось? – Дежурно поинтересовалась подруга, окинув меня сканирующим взглядом, от которого ничто и никогда не могло скрыться.

– Телефон спёрли в автобусе, – угрюмо буркнула я, развалившись на своей кровати, – с Сашей расстались.

– Как расстались?! – Встрепенулась та, мгновенно оказываясь на моей кровати.

– Первая часть моей реплики тебя, похоже, не заинтересовала, – с безучастностью выжатого лимона протянула я, – А между прочим этот телефон у меня был самым долговечным. Почти отметил пятилетний юбилей. Пусть и простенький андроид за три с половиной тыщи, но жалко.

– Жалко, конечно, – кивнула та, – Но по-моему странно, что это тебя волнует больше, чем расставание с парнем, с которым ты встречалась почти полтора года.

– А по-моему ничуть, – я устало перетекла пониже, на подушку, как желе, и устроилась в позе морской звезды.

Вика непонимающе хлопнула накрашенными ресницами.

– Так почему расстались-то? – Снова попыталась выяснить подруга, – Неужели изменил?! Всегда знала, что он гадёныш. Оторвать бы ему причинное место.

– А я всегда знала, что ты маньяк, – не без подозрительности скосилась на собеседницу, – Лишь бы кому-нибудь что-нибудь оторвать.

– Да что ж ты такая подозрительно спокойная? – не унималась та, – Впала бы в депрессию, прорыдалась бы у меня на плече…

– Зачем? – я определённо не улавливала логики.

– Ну, как бы, обычно девушки так себя ведут, когда их бросают, – поджала губы подруга.

Мой классический жест «рука-лицо» был проигнорирован.

– Во-первых, кто тебе сказал, что это он мне изменил или бросил? – Поняв, что так просто меня в покое не оставят, вздохнула я.

– Ну… – Прикусив губу, задумчиво протянула та, – А как?…

– Никак. Просто надоело, – ответила я, повернувшись на другой бок, спиной к подруге.

– В смысле?… – Намёк снова был проигнорирован.