Российские спецслужбы. От Рюрика до Екатерины Второй

Спецслужбы существовали всегда — истина эта давно уже стала непререкаемой: если есть государство, то должны существовать и структуры, обеспечивающие его безопасность от врагов внешних и внутренних — разведка, контрразведка, политический и уголовный сыск, а также службы, на долю которых теперь выпадает борьба с техногенными и природными катастрофами.

Спецслужбы в России имеют многовековую историю, как и само государство[1].

Деятельность спецслужб любой страны всегда была скрыта за семью печатями. Это воспринималось как само собой разумеющееся Поэтому тайна — основополагающая составляющая тех служб, которые принято сегодня называть «специальными».

Но обывателя всегда интересовали сенсации, а уж тем более те, что скрыты под грифом «совершенно секретно».

Не составляет исключение и Россия, где секретов за все эпохи накопилось немало, а уж тем более — за стенами российской разведки, контрразведки и сыска.

Как отмечают современные исследователи; «история спецслужб — труд необычайно трудный. Документы, касающиеся разведывательных операций и сведений, как правило, не сохраняются — конспирация и секретность являются основами любой спецслужбы государства. Поэтому исследователь истории разведки неизбежно сталкивается с массой трудностей при попытке воссоздания структуры, целей и задач соответствующих органов на любом отрезке истории страны. В большинстве случаев приходится пользоваться отрывочной и скудной информацией»[2].

Что ж, с этим можно согласиться, но для исследователя всегда является важным умение читать между строк, над строками, под строками и, если хотите, поперек строк, то есть уметь выуживать информацию из любого, даже пустякового (на первый взгляд) текста. И тогда многое встанет на свое место.

По истории российских (и не только) спецслужб написано за последние десять-пятнадцать лет немало. Но белых пятен остается еще предостаточное количество, тем более, если речь, например, идет о научно-популярном изложении фактов и событий. К сожалению, действительность такова, что в большинстве своем работы по истории спецслужб — это либо учебники, либо «куцые» книжки, дающие (если вообще дающие) отрывочное впечатление об отдельных моментах деятельности или разведки, или контрразведки, или структур, ведущих борьбу с миром криминала внутри страны.

Наша задача заключается в следующем: постараться на основе имеющегося в нашем распоряжении материала дать доходчивое, емкое (здесь свою роль сыграет и объем), основанное на документальной базе популярное изложение деятельности российских спецслужб, судьбы лиц, определяющих направленность их работы (порой это не только конкретные главы «силовых ведомств», но и первые лица государства), а также обрисовать исторический фон описываемых событий.

В своем повествовании мы будем подразделять спецслужбы, ведущие деятельность против противника внешнего, и спецслужбы «внутреннего пользования», ведущие политический и уголовный сыск (хотя порой бывает даже трудно провести разграничительную черту между первой и второй).

Если быть кратким, то историю спецслужб «от Рюрика до Екатерины Второй» можно было бы уложить в несколько строчек, делая упор на эволюции самих структур, создаваемых для защиты государственных интересов.

В первой половине XVI века существовали «Особо доверенные лица и временные следственные комиссии» (к первым относились И. Ю. Шигона-Поджогин, Ю. Д. Траханиот, М. Ю. Захарьин и другие).

При Иване Грозном действовал Разбойно-сыскной приказ[3], Боярские комиссии (И. Ф. Мстиславский), Опричный двор (А. Д. Басманов-Плещеев, Малюта Скуратов-Бельский, В. Г. Грязной), Государев удел (Особый двор), которым руководил Б. Я. Бельский.

Во времена Бориса Годунова и в первые годы Русской смуты за политический сыск отвечали временные боярские комиссии, создаваемые Боярской думой.

Царь Алексей Михайлович произвел «рокировку»: Разбойный приказ занимался исключительно уголовщиной, а созданный по распоряжению государя Тайный приказ занимался политическим сыском, лозунг которого — «слово и дело» — приводил в трепет мирных российских обывателей. (Сыском «руководили» дьяки Д. М. Башмаков и Л. Иванов, а затем — боярин Т. Н. Стрешнев.)

При Петре Великом сыск еще более структурировался; существовали и постоянные и временные структуры, создаваемые дня решения какого-либо конкретного дела. Так, после стрелецких бунтов были созданы не менее десяти следственных комиссий, главная цель которых была — подавление бунтарских настроений, вспыхивавших в стрелецком войске.

Существовали и так называемые временно-постоянные структуры, которые вели текущие важные дела (к таким комиссиям можно отнести «маэорские», возглавляемые «майорами», назначенные царями).

Во времена Петра Великого существовали и действовали также:

Приказ розыскных дел боярина Т.Н. Стрешнева по делу Ф. Шакловитого;

Боярские комиссии по Стрелецкому сыску;