Россия - Век XX (Книга 1, Часть 1)

Вадим Кожинов

РОССИЯ

Век XX

Книга первая

(1901 - 1939)

Часть 1

СОДЕРЖАНИЕ

Три кратких пояснения от автора

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ 1901-1917

Введение.

О ВОЗМОЖНОЙ ТОЧКЕ ЗРЕНИЯ НА РОССИЙСКУЮ РЕВОЛЮЦИЮ

Глава первая

КТО ТАКИЕ "ЧЕРНОСОТЕНЦЫ"?

Глава вторая

ЧТО ТАКОЕ РЕВОЛЮЦИЯ?

Глава третья

НЕПРАВЕДНЫЙ СУД

Глава четвертая

ПРАВДА О ПОГРОМАХ

Глава пятая

ИСТИННАЯ ПРИЧИНА ТРАВЛИ "ЧЕРНОСОТЕНЦЕВ"

ТРИ КРАТКИХ ПОЯСНЕНИЯ ОТ АВТОРА

1. Главы этой книги публиковались первоначально под общим названием "ЗАГАДОЧНЫЕ СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ XX ВЕКА". Но для книги в целом такое название было бы не очень уместным, ибо ведь из нее следует, что "загадочна" по сути дела вся история нашего столетия: ее важнейшие явления и события предстают в массовом сознании в превратном или хотя бы сугубо неясном виде.

Это обусловлено, во-первых, крайней идеологизированностью, свойственной нашему веку, той тенденциозностью (самого разного характера) в истолковании явлений и событий, которая внедряется в умы и души людей средствами массовой информации (СМИ), чьи масштабы и власть непрерывно расширяются - от колоссально увеличивших свои тиражи в начале XX века газет до вездесущего ныне телевидения. Казалось бы, цель СМИ - сообщать о том, что совершается в мире, но на деле наиболее массовые из них, требующие громадных финансовых затрат, не просто информируют, но выражают интересы и волю мощных политических и экономических сил, которые стремятся сохранить и расширить свое господство - будь то господство партий, транснациональных корпораций, так называемых олигархов и т.д.

"Неразгаданность" истории XX столетия обусловлена, во-вторых, и тем, конечно же, что дело идет о нашем веке, о десятилетиях, от которых мы еще не отдалились сколько-нибудь значительно, и нам нелегко взглянуть на них "объективно". Достаточно сказать, что среди нас еще живут люди, для которых события 1953-го, 1941-го, 1937-го, 1929-го и даже 1917 годов (пусть эти люди тогда были в очень юном возрасте) - не главы курса истории, а звенья их личной судьбы...

Строго говоря, XX век даже еще не стал в полном смысле слова историей (об этом далее пойдет речь), но отказаться от его изучения нельзя: оно не менее или, пожалуй, более важно, чем изучение предшествующих столетии.

2. Эта книга является продолжением - как бы вторым томом - моей изданной в 1997 году (и готовящейся к переизданию в существенно дополненном виде) книги "История Руси и русского Слова. Современный взгляд". Правда, это утверждение может показаться людям, знакомым с моей "Историей Руси...", по меньшей мере, странным, ибо изложение отечественной истории доведено в ней только до начала XVI века, когда "Русь" начала превращаться в "Россию", а этот - второй - том посвящен XX столетию и, следовательно, пропущены четыре века - XVI, XVII, XVIII и XIX...

Не исключено, что "пробел" еще будет восполнен, и тогда второй том окажется третьим. Но, как мне представляется, обращение к начальной эпохе отечественной истории и, с другой стороны, к ее последнему (будем верить, что последнему только для нас, живущих сегодня, а не вообще...) периоду имеет свое оправдание и особо существенный смысл. Кстати сказать, в первом томе я многократно как бы перебрасывал мост именно в XX век, стремясь показать, что явления и события начальной эпохи нашего исторического бытия имеют определенные отзвуки в новейшей нашей истории.

Впрочем, дело не только в этом. История России в "пропущенные" мною столетия - с XVI по XIX - изучена к настоящему моменту значительно более тщательно и глубоко, чем предшествующая эпоха (то есть до XVI века) и, понятно, последующая, то есть нашего столетия. В высшей степени показательно, например, что в двадцатидевятитомной "Истории России с древнейших времен", созданной С. М. Соловьевым, начальным семи столетиям (IX-XV) посвящены всего два с половиной тома, а следующим трем столетиям (XVI-XVIII; к тому же последнее не доведено до конца) - двадцать шесть (!) томов с половиной - то есть в 10 раз больше!

Словом, моя сосредоточенность на первых и последнем столетиях истории России имеет свои существенные основания, да и вообще "начало" и "конец" особенно важны для понимания развития страны в целом.

3. Целесообразно сказать несколько слов о той методологии, которой я стремился следовать на многих страницах этой книги. Ее можно кратко определить как "мышление в фактах".

Сочинения об истории - особенно новейшей истории - представляют собой чаще всего совокупность тех или иных общих положений и, с другой стороны, сведений об исторических фактах - конкретных событиях, явлениях, людях, сведений, которые подкрепляют (либо даже просто иллюстрируют) общие положения.

Я же стремился (разумеется, не мне судить, насколько осуществилось да и осуществилось ли вообще - мое стремление) мыслить об истории прямо и непосредственно в самих ее конкретных фактах, чтобы эти факты (подчас вроде бы даже мелкие, внешне незначительные) являли собой не "примеры", а форму мысли, ее неотъемлемое "тело".