Род Корневых будет жить! Том 5

Уважаемые читатели! Это пятый том серии.

Первый том можно прочитать тут: https://author.today/work/219307

Дверь за княжной Таракановой закрылась.

Никто в лаборатории не отреагировал на девушку. Ну пришла, ну ушла… Подумаешь? А вот у меня все плетения из головы повылетали.

Я вертел башкой, пытаясь сообразить, откуда здесь Анастасия Тараканова.

Совершенно не к месту пришло в голову, что старосту зовут так же, как и наёмную убийцу, а ныне лютого мертвеца княжну Тараканову. А именно — Анастасия.

Я невольно глянул на старосту, ожидая увидеть у неё признаки нежити. Но она была живее всех живых. Только холодная. Но не в том смысле, в каком княжна Тараканова.

— Анастасия, — спросил я у старосты. — Какая у тебя фамилия?

Я спросил и с ужасом ждал, что она скажет Тараканова.

Но староста удивлённо посмотрела на меня и ответила:

— Воронцова. А что?

Я облегчённо выдохнул.

— Всё в порядке. Извини, что отвлёк.

Анастасия пожала плечами и снова начала изучать плетения.

Наш разговор привлёк внимание Ростислава Петровича. Внимательно глядя на меня, он спросил:

— Владимир, у вас всё в порядке?

Я уже открыл было рот, чтобы спросить его про княжну Тараканову, но прикусил язык. Нужно сначала разобраться как она тут оказалась. И в качестве кого пришла — наёмной убийцы или помощницы медведя?

Мысль о медведе неожиданно принесла успокоение, и я ответил первое, что пришло в голову:

— Мне кажется, у плетений должен быть единый принцип, по которому они строятся…

Эта мысль возникла не на пустом месте. Отчего-то вспомнились школьные уроки по геометрии.

— Браво! — захлопал в ладоши Ростислав Петрович. — Наконец-то хоть кому-то пришла в голову эта мысль! До сих пор студенты только зубрили, и никто не пытался включить голову!

Все мои однокурсники побросали свою работу и уставились на меня.

Блин! Снова я оказался в центре внимания. Ну что за невезуха сегодня?

Но я быстро отбросил ненужные мысли, потому что Ростислав Петрович уже рассказывал:

— Единый принцип, по которому строятся все плетения, действительно есть. Чтобы его определить, вы должны прежде понять, с каким материалом вы будете работать. Помните, с чего я начал? Каким именно образом я охарактеризовал предметы, которые лежат у вас на столе? — Ростислав Петрович посмотрел на меня. — Володя, сможете повторить?

— Живое. Неживое, обработанное. Неживое не обработанное, — ответил я. — Нужно подобрать для каждого предмета подходящий узор.

— Точно! — ответил преподаватель. — Именно в этом кроется основной принцип подхода. Потому что каждый из этого материала требует своего плетения. Сможете вот из этих определить, какие именно узоры для каких предметов предназначены? Проходите к доске, не стесняйтесь!

Ростислав Петрович был счастлив. Как бывает счастлив учитель, когда ученик самостоятельно находит ответ на сложную задачу, а потом, обдумав этот ответ, задаёт учителю уже свой вопрос — единственно правильный.

Наш преподаватель забыл о существовании остальных студентов и готов был обсуждать со мной принципы плетений.

Я рассмотрел изображения плетений и очень быстро разделил их на… четыре группы. Так получилось, что три группы имели особенный основной контур и повторяющиеся элементы. Но были ещё несколько рисунков, которые не подходили ни к одной из трёх групп.

— Отлично! — воскликнул преподаватель. — А какая группа к какому предмету относится?

Он ещё не закончил задавать свой вопрос, а я уже понял: с круглым основным контуром — к живым; с треугольным основным контуром — к неживым обработанным; а с квадратным основным контуром — к неживым не обработанным.

— Почему вы разделили именно так? — дрогнувшим от волнения голосом спросил Ростислав Петрович.

Я пожал плечами и ответил то, что теперь уже стало для меня очевидным:

— Круг жизни — он к живым. Треугольник — самая устойчивая фигура. Он к неживым обработанным. Квадрат — это поле, которое ждёт посевов. Так же как ждёт обработки неживое не обработанное.

— А что по поводу повторяющихся элементов?

Как ни странно, теперь я читал плетения, как открытую книгу. Поэтому рассказать у меня не составило труда.

— Отлично! — воскликнул Ростислав Петрович и ткнул в четвёртую группу: — А про эти что можете сказать?

В четвёртой группе были плетения с шестигранным основным контуром, с многогранным, с месяцеобразным и другие. А также с круглыми, квадратными и треугольными контурами, но с другим принципом формирования внутреннего узора.

Кстати, то, что я эти плетения тоже отнёс в четвёртую группу, привело Ростислава Петровича в особый восторг.

А когда я поделился своими соображениями по поводу этих плетений, Ростислав Петрович сел на учительский стол и спросил у меня:

— Володя, скажите мне правду. Вы точно пробудили силу всего лишь сорок дней назад?

— Сорок три, если быть точным, — ответил я.

— Потрясающе! — выдохнул он. — Вы можете быть свободны. Переходной экзамен по моему предмету вы сдали.

В лаборатории повисла тишина. Я и сам слегка прифигел.