Робинзонада острова Пасхи

Все несчастья начались с грозного вторжения могущественного племени со стороны заходящего солнца на острова, на которых обитало гордое племя Хото Матуа. Их пироги были многочисленны, а враги – неисчислимы. Пришельцы, одетые в прочные и легкие доспехи презирали смерть и были неуязвимы. Даже копья и стрелы с обсидановыми и костяными наконечниками не пробивали латы из прочного бамбука. Тела раненых и убитых островитян жестокие пришельцы ловко разделывали и жарили на огромных кострах.

Племя Хото Матуа мужественно билось с захватчиками, несмотря на ужасный запах жареного мяса, разносящийся по острову и сковывающий ужасом души. Сам великий вождь могучими руками крушил врагов, огромной дубиной разбивая их бритые головы. Многие завоеватели нашли смерть на островах, но силы были неравны. Оставшиеся в живых островитяне, под предводительством вождя, собрав свои поредевшие силы в мощный, ощетинившийся копьями кулак, предприняли последнюю, отчаянную атаку на врага, отбросив его вглубь острова и тем самым позволив остаткам племени погрузиться на катамараны. Последними на суденышки поднялись израненные воины Хото Матуа.

Вождь понимал, что вражеское море со стороны заходящего солнца для племени навсегда закрыто, поэтому он направил свою небольшую флотилию в сторону восходящего солнца. Предки великого вождя говорили, что в этой стороне нет островов, а есть сплошное море – владения всесильного и ужасного бога воды Тини-Рау. И те, кто осмеливался плыть в эти бескрайние владения, никогда не возвращались.

Гнев бога не заставил себя ждать. Поднялся сильный ветер, волны разбросали и разбили утлые суденышки несчастных беженцев. Много людей утонуло и стало пищей прожорливых акул.

Черная печаль охватила душу вождя, когда он окинул взглядом несколько успокоившееся синее море. Свирепый морской бог поглотил много катамаранов с людьми, которые осмелились плыть в его водяные владения.

Пироги с противовесами несло море много дней. Морской повелитель Тини-Рау, гневаясь на людей, швырял громадные изумрудные валы на хрупкие суденышки, пытаясь поглотить их в своей бездонной рыбьей пучине. Промокшие и ослабленные соплеменники Хото Матуа напрасно просили небесного отца Танга-Роа сжалиться над ними, но он то ли был глух к мольбам людей, то ли не слышал их стенаний. Запасы пресной воды в кокосовых сосудах и тыквах катастрофически таяли, и обессиленные полинезийцы приготовились встретить смерть.

Когда отчаяние переросло в опасную апатию, Хото Матуа заметил летяшую птицу. Это был радостный знак надежды от небесного бога Танга-Роа. Далеко впереди, среди бескрайнего изумрудного простора, измученные путешественники заметили берег, о скалы которого разбивались волны. Здесь лесной бог Тана спорил с грозным повелителем моря.

Место для причаливания долго не находилось. Катамараны шли вдоль скалистого берега в поисках удобной бухты для высадки. Наконец небольшая лагуна открылась взорам повеселевших беженцев. Высадившись на белый песчаный берег, полинезийцы пали ниц, возблагодарив всемогущего отца богов Танга-Роа.

Прежде всего вождь отрядил нескольких воинов на поиски пресной воды или кокосовых орехов, благо высоченные пальмы вырисовывались совсем неподалеку. Женщин и детей могучий и мудрый Хото Матуа пока не послал для сбора морских ежей и черепах, а наиболее сильных воинов оставил зорко охранять небольшой лагерь беженцев. Кто знает, какие люди или чудища обитают на этом таинственном острове?

Вскоре посланные воины вернулись со связкой кокосовых орехов, гроздью бананов и пресной водой в сосудах из высушенной тыквы. Один из воинов нес на плечах крупного убитого ящера. Собрав много плавника на берегу, люди привычным способом вращения палочки в гнезде плоской сухой деревяшки, ловко развели костры и впервые за много дней отведали жареное мясо палой свиньи и ящера. Несколько свиней и кур, которых островитяне привезли в плетеных из тростника корзинах, чудом выжили. Утолив голод и жажду, племя, славя богов за чудесное спасение, исполнило ритуальный танец. Лишь Хото Матуа, сложив руки на груди, стоял как истукан и задумчиво смотрел на пурпурное закатное море.

– Остров Рапа-Нуи! – громко крикнул он, и племя с восторгом подхватило:

– Рапа-Нуи!

Ночь опустила свое звездное покрывало на спасительный остров. С темнотой пришел и влажный холод. Племя знобливо жалось к кострам, накрывая тела сетями из пальмовых волокон и циновками.

Вождь, сидя на корточках и опираясь на свою тяжелую палицу, неотрывно смотрел на языки пламени. Мало, слишком мало людей осталось в живых. Он мысленно обратился к богу всего сущего с мольбой о покровительстве. Ведь великий бог всего сущего все же услышал стенания полинезийцев, затерянных в бескрайних просторах океана, и подарил им чудесное спасение и надежду на выживание на чудесном острове