Ревность

Этим утром я проснулась от раздражающего карканья какой-то особенно недовольной вороны. Я не против, конечно, чтобы моим будильником были звуки природы, но эта какофония доводила меня до зубовного скрежета. Обычно по своему пробуждению я сужу о том, как сложится день, и в этот раз подобное начало не сулило ничего хорошего. Едва ворона улетела (может быть, кто-то воплотил мои мечты и пристрелил ее?), я почувствовала, как в мое неясное сознание понемногу возвращается хорошее настроение.

Тем лучше. Сон ушел, и мне совсем не хотелось быть угрюмой. Не сегодня. Была суббота, прогноз обещал отличную погоду, и, немного раздвинув занавески, я с радостным волнением убедилась, что так оно и есть. Высокое безоблачное небо, легкий-легкий ветерок. Идеальный день для долгой прогулки на роликах, которую мы с Эриком запланировали.

Я потрясла тихо похрапывающего Эрика; утренний шум, который взбесил меня, ничуть не помешал его крепкому сну. Я нежно прошептала ему на ухо, что хорошо бы встать, если мы не хотим пропустить лучшие минуты дня. Моя нежность вызвала только невнятное бормотание, потом он повернулся ко мне спиной, но я успела расслышать:

– Не сейчас… Я поздно вернулся. Очень поздно… Устал… Отстань. Увидимся позже, ладно?

Нет, совсем не «ладно»! Он снова вернулся «слишком поздно», чтобы побыть со мной этим утром и заняться нашим любимым делом!

Опять в одиночестве… Разочарованная, я сделала вид, что оттолкнула его, думая этим рассмешить, но безуспешно. Он заворчал еще громче, и я решила вставать одна, а потом заставить его искупить свою вину.

Я спустилась на кухню, чтобы сварить кофе, с сожалением понимая, что любимый обманывает мои ожидания уже третью неделю. Да, я знаю, как важна для него работа. Я знаю, что он – часть «команды», а эта «команда» любит посидеть в баре в центре города. Пиво, говорят, укрепляет отношения… Я искренне старалась быть понимающей, но все это меня уже порядком достало.

И потом, к моему стыду, у меня снова всплыло отвратительное крохотное сомнение. И как всегда, оно приняло черты Надин. Ведь в этой самой «команде» есть еще и Надин. Красивая, незамужняя, ей нет еще и тридцати. Я прекрасно осознавала, что это не должно меня волновать, но, к сожалению, после трех пятниц подряд, когда Эрик возвращался за полночь, Надин начинала меня здорово раздражать. Причем совсем не так, как она, должно быть, раздражала Эрика и других мужчин «команды»! Очередной отказ сделал меня жертвой гнусного чувства, которое рано или поздно охватывает любую влюбленную женщину: Ревность.

Да… мадам Р. собственной персоной. Столь же отвратительная, сколь и неконтролируемая. И просто невыносимая. Некоторое время я размышляла, не изменяет ли мне Эрик. Скорее всего, даже если это и так, я никогда об этом не узнаю. По крайней мере, пока он сам того не захочет. Иными словами, мне уготована роль идиотки, которая ни о чем не догадывается, жалкой жертвы, которая не может подготовиться к неизбежному. Все его друзья, наверное, в курсе и даже обеспечивают ему необходимое алиби. Ох, такая картина заставила меня закипеть! Даже учитывая боль, какую вызвала бы сама измена, меня больше, наверное, ранило бы то, что я выглядела бы беспечной индюшкой, всеобщим посмешищем, чем просто обманутой женщиной. Какой ужас!

Я поняла, что мое чересчур богатое воображение снова сыграло со мной злую шутку. Мне так легко представить любой сценарий и любые обстоятельства! Короче, я сделала над собой усилие, чтобы не позволить этим ни на чем не основанным измышлениям испортить мне день. Я молода, в прекрасной форме и эту форму сохраню. Ладно! Если Эрик хочет весь выходной проваляться в постели, это его право. Но я не собираюсь ждать его с утра до вечера, да еще и узнать потом, что он не соизволит ко мне присоединиться. Лучше уж воспользуюсь прекрасной погодой. Я проглотила кофе, легко позавтракала, приготовила себе небольшой полдник и, уложив в рюкзак, отправилась на машине на недавно открытую велотрассу, которую мы договаривались исследовать.

Место оказалось чудесным. Маршрут в обе стороны составлял почти тридцать километров по асфальтированной дороге, которая тянулась вдоль реки, пересекала великолепные парки и тенистые рощицы. Я зашнуровала ролики и сразу поехала довольно быстро, чтобы оставить далеко за спиной все свои глупые и ничтожные подозрения.