Река сокровищ (ЛП)

Джералд Керш

Река сокровищ

Человек, назвавшийся Пилигримом, казался довольно потрепанным. Так и напрашивалось выражение "видавший виды". Трудно было отнестись к нему иначе, чем относится бережливая хозяйка к банке собственноручно изготовленного варенья, поверхность которого оказалась покрыта заплаткой плесени. "Сладко-то сладко, да свежесть сомнительна, - думает хозяйка. Но ведь не выбрасывать же. Отдам-ка нищим". Подобные же мысли навевал Пилигрим.

Как ни странно, в своих заведомо тщетных попытках не скатиться до конца по наклонной плоскости он выглядел трогательно-обаятельным; величавая сдержанность не изменила ему и в ту минуту, когда бармен удержал его от попытки выскользнуть из нью-йоркского бара "Мак-Арон" словами:

- С вас доллар десять, док.

Пилигрим хлопнул себя по лбу, бегло обшарил карманы и воскликнул:

- Бумажник! В другом костюме!

- Вот как, - процедил бармен и приподнял откидную крышку стойки.

Тут я вмешался:

- Держи доллар десять, Майк. Отпусти человека.

Но Пилигрим раздумал уходить. Он ухватил меня за локоть и заговорил, старомодно растягивая гласные на оксфордский манер:

- Нет, право же, вы чересчур добры! К сожалению, не могу отплатить любезностью за любезность. Вы тоже англичанин, вы поймете. Здесь то и дело попадаешь в отчаянное положение. Видите ли, я буквально на днях лишился двух состояний, и мне вот-вот достанется третье - свалится на меня, вы уж поверьте, не позднее середины следующего месяца. Но только мне непременно нужно добраться до Детройта. Однако позвольте представиться: здесь я предпочитаю имя и фамилию Джон Пилигрим. Можете называть меня просто Джек. Честно говоря, это вымышленная фамилия. Если бы в Англии, в некоем округе графства Мидлсекс, внезапно вспыхнувшая эпидемия унесла из жизни всю мужскую половину некоего семейства, то мне пришлось бы именовать себя совершенно иначе и вдобавок держаться с крайним высокомерием. Пока же я младший сын младшего отпрыска, дали мне жалкие несколько тысяч фунтов и отправили в Канаду - добра наживать.

- Эти несколько тысяч фунтов и были первым состоянием? - спросил я.

- Да что вы! На судне одному моему попутчику феноменально везло в кости. В Канаду, сэр, я прибыл, имея за душой четыре доллара восемнадцать центов... ну и кое-какой гардероб. Мне довелось хлебнуть лиха, поверьте. Был я кассиром в скобяной лавке - уволили по несправедливому подозрению в растрате; был курьером в консульстве - выгнали, как там формулируют, "в связи с вымогательством взятки за визу", а это сплошная ложь; был коммивояжером у виноторговца - оклеветали, будто я, мол, злоупотребляю дегустацией образцов. Побывал во всяких передрягах, вы уж поверьте. Зато теперь мне предложили доходную должность в Детройте.

- В чем же будет заключаться работа? - спросил я.

- Надо кое-что уточнить для одной фирмы по производству моторов.

- Что именно уточнить?

- Дело сугубо секретное. Слово - серебро, молчание - золото, так ведь? Зато могу надоумить, как разжиться несколькими миллионами долларов, если у вас найдется свободное время и деньги.

- Надоумьте, буду весьма признателен, - сказал я.

- Обязательно. Ну, не будучи круглым дураком, оставлю при себе кое-какие географические подробности. В Бразилии бывали? Там на одном из притоков Амазонки кроются несметные богатства в виде золотых самородков... О господи, до чего же обидно: люди со средствами, желая умножить свои богатства, требуют выложить им максимум, прежде чем сами расстанутся хотя бы с минимумом! Но все же расскажу без утайки, как от племени, обитающего вдоль той реки, мне достались золотые самородки общим весом десять тысяч унций.

- Как же это вы ухитрились? - спросил я.

Пилигрим с улыбкой ответил:

- Вам, наверное, не приходилось слышать об орехах токте? Нет?.. Так вот, родина ореха токте - Эквадор, орех очень похож на грецкий, но форма у него овальная. И, как у грецкого, ядро токте полушариями и извилинами напоминает человеческий мозг. На вкус токте горек, обычно эти орехи собирает детвора и играет ими, примерно как у нас играют стеклянными шариками.

Но это в Эквадоре. А поезжайте-ка в Бразилию, на некий приток Амазонки - и я укажу вам местность, где к таким орехам (или ближайшим их сородичам) относятся как нельзя более серьезно. Туземцы того племени называют их не токте, а тикток, в Бразилии этими орехами играют исключительно взрослые, причем игра идет по непомерно высоким ставкам. За одну партию в тикток можно приобрести или потерять состояние, вернее, то, что считается в той глуши состоянием. Тамошние дикари любят повторять: "Тиктоку надо обучаться двадцать лет". Но по порядку.

_Передаю его рассказ дословно_.