Река голубого пламени

Каждой огромной книге обязательно сопутствует много замечании и нареканий (я их отношу исключительно на свой счет), но также и множество благодарностей.

Достаточно обширный благодарственный список первого тома включал: Дебору Били, Мэтта Байалера, Артура Росса Эванса, Джо-Энн Гудвин, Деб Грабьен. Ника Грабьена, Джеда Хартмана, Джона Джерролда, Кэтрин Керр, М.Дж.Крамера, Марка Крейгбаума, Брюса Либермаиа, Марка МакКрама, Питера Стампфеля, Митча Вагнера.

Теперь я должен к ним добавить Барбару Кэннон, Аарона Кастро, Ника де Барре, Тима Холмана, Ника Итсу, Джо и Фила Ноулсов, L.E.С., Джошуа Миллигана, Эрика Ньюмена, Майкла Уилана, а также всех друзей из Tad Williams Listserve.

И миллиард благодарностей Бетси Уоллхейм и Шейле Гилберт, моим уважаемым, бесконечно терпеливым и многострадальным редакторам.

Я получил огромное количество писем — как электронных, так и старомодных, с марками, — по поводу первого тома «Иноземья». С удовольствием отмечу, что по большей части они оказались чрезвычайно любезными и весьма благожелательными. И единственное критическое замечание, попавшееся в письмах некоторых читателей, касалось «подвешенного» окончания первой книги.

Я все понимаю и извиняюсь. Однако проблема с написанием подобных произведений заключается в том, что на самом деле это не сериал, а один очень и очень длинный роман, который следовало бы издать под одной обложкой, если бы, во-первых, его написание не отняло столько времени, что моя семья и домашние зверушки здорово проголодались, во-вторых же, обложку такого размера попросту не изготовить, если только не пустить на нее полотняный купол гастролирующего цирка. А это означает, что передо мной стоит трудный выбор: или заканчивать каждую часть более резко, что может не понравиться некоторым читателям, или же придумывать искусственное окончание для каждого тома, что, как я полагаю, изменит общую форму книги, а возможно, даже косвенно повлияет на структуру всего романа.

Поэтому мне остается лишь взывать к благосклонности любезных читателей. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы не обрывать тома на середине предложения: «И тут она обнаружила, что… ой, КОНЕЦ», но прошу понять, что вы держите в руках часть гораздо большего произведения, и это может отразиться на окончании данного тома. А я и дальше буду делать все возможное, чтобы подобрать для каждой книги особое завершение.

Спасибо.

За более подробной информацией обращайтесь на веб-сайт Тэда Уильямса по адресу: http://www.tadwilliams.com

Промокший, насмерть перепуганный и удерживаемый от потери разума лишь друзьями Финчем и Маллитом, с которыми он сидит в одном окопе, Пол Джонас ничем не отличается от тысяч прочих пехотинцев Первой мировой войны. Но, оказавшись на пустой ничейной полосе между окопами и увидев выросшее до облаков дерево, он начинает сомневаться в здравости своего рассудка. Когда же Пол взбирается на дерево и обнаруживает за облаками замок, женщину с птичьими крыльями вместо рук и охраняющего ее жуткого великана, эти сомнения практически исчезают. Однако, снова очнувшись в окопе, он видит, что сжимает в кулаке перышко женщины-птицы.