Рейс

– Заканчивается посадка на борт 3422 авиакомпании «Матрикс Эйрлайнс». Пассажир Джеймс Мердок, немедленно пройдите на посадку.

День не задался с самого начала: подвел будильник на телефоне. Или Мердок просто шлепнул пальцем по кнопке «Отменить» и завалился досыпать?

Мердок ковыляет по терминалу аэропорта. Каждый шаг левой отдается гримасой боли: подвернул ногу, когда вскакивал с постели. Мердок пытается бежать – лицо словно мерцает мимическими сигналами, как сломанный светофор.

Бедняга вздрагивает от голоса из громкоговорителя. Слова девушки звучат пронзительно, противно:

– Джеймс Мердок, немедленно пройдите на посадку!

Опаздывающий выругался, выпуская из легких остатки воздуха. Теперь сил нет даже отдышаться. Мердок останавливается, достает платок и вытирает им жирное лицо – салфетка тут же превращается в мокрую тряпку: жара стоит несусветная.

Наконец, тучный Мердок продирается сквозь густой воздух к стойке с вывеской «Выход 7».

– Где вас черти носят?! Где билет? Ну скорей, мужчина, скорей же!

Обычно вспыльчивый Мердок так вымотан, что отвечает на хамство лишь кислой улыбкой. Он что-то выковыривает из нагрудного кармана, молча протягивает сотруднице аэропорта. Билет – мокрая от пота бумажка – вот-вот развалится. Женщина бросает на талон брезгливый взгляд:

– На стол!

Мердок подчиняется. Сотрудница лупит по билету печатью, словно наказывая талон за дурной вид.

– Пошевеливайтесь! Восемьдесят человек вас одного ждут!

Криво улыбнувшись, Мердок кивает сотруднице и спешит в самолет по телескопическому трапу.

При входе в лайнер встречает стюардесса:

– Где вас черти носят?!

Мердок крякнул от возмущения. Он уже успел перевести дух и перестал чувствовать себя плюшевым мишкой, которого таскают за уши.

– Вас всех так разговаривать с клиентами учат, что ли?!! Это типа фирменное приветствие, оптать, да?!

Стюардесса сжимает зубы, фальшиво улыбается: изображает вежливость.

– Уважаемый пассажир, пожалуйста, займите ваше кресло…

Мердок смотрит на стюардессу с благодарностью: издевательский тон лучше, чем открытое хамство. Ругаться совсем не хочется: нужно экономить силы. Предстоит неблизкий путь, ведь кресло – в хвосте самолета.

Мердок поворачивается боком и тащится вперед, волоча за собой больную ногу. Коридор предательски узок. Мердока бросает взад и вперед – туда, где сидящие у прохода, растревоженные пассажиры косятся и сверкают злобными взглядами.

Наконец, Мердок достигает хвоста лайнера и читает надписи: ряд 20, места F, E, D… Пассажир у прохода сидит статуей, смотрит перед собой, не моргает: уже предвкушает просьбу пустить в середину ряда, выражает молчаливое недовольство.

– Вы позволите?.. – решается сказать Мердок.

Пассажир тут же вскакивает, не поворачивая головы. Рубящими движениями он протискивается между Мердоком и подлокотником кресла. Путь освобождается – Мердок с кряхтением пролезает в середину ряда и падает на место Е, вдавливая в иллюминатор девушку справа.

– Бегемот!

– Простите, что вы сказали? – не верит своим ушам Мердок.

– Я сказала: «Скоро взлет».

Мердок кивает с облегчением, ведь ругаться совсем не хочется. Нужно восстановить силы после сумасшедшего утра. Впереди встреча с источником, которая даст дорогу к Пулитцеровской премии. Несколько дней назад в редакцию позвонил какой-то мужик и рассказал о проекте корпораций: некоторые богатеи придумали способ, как бороться с назойливыми конкурентами, экологами, политиками и журналистами, которые рассказывают о злоупотреблениях при ведении бизнеса. Мердок прилетит в Вашингтон, встретится с человеком из корпорации, все разнюхает про эту тему, напишет крутую статью в «Атланту Ньюс» и точно получит награду. Точно получит…

– Перестаньте дышать, – раздается слева.

– Что, простите? – Мердок поворачивает голову к пассажиру возле прохода.

– Вы громко дышите, – отвечает тот. – Из-за вас я не слышу инструктаж стюардессы.

– Вы думаете, я смогу обойтись без воздуха? – говорит Мердок тоном психиатра.

– Не знаю. Если уж так хочется подышать, то делайте это прилично.

– Что?.. – хихикнул Мердок. Улыбаясь, он поворачивается к девушке у иллюминатора: как она реагирует на этого чудака?

– Безобразие! О чем-то развратном думаете, если дышите с таким вожделением? И это в общественном месте! Как вам не стыдно?! – восклицает девушка.

– Я… я… – столбенеет Мердок.

– Извращенец, – ворчат с другого ряда.

Оказавшись в меньшинстве, Мердок втягивает голову в плечи. Бедняга старается не думать о премии Пулитцера. Он сосредотачивается на дыхании – еле-еле травит воздух через широкие ноздри, ведь любой неосторожный вдох теперь вызывает косые взгляды и негодующий ропот.

Самолет въезжает на взлетную полосу и разгоняется. Это спасает Мердока, ведь шипение двигателей заглушает прочие звуки.

– Будьте так любезны… – говорит девушка у иллюминатора.

Тон дружелюбный. Мердок радуется: вероятно, пассажирка забыла, что он неприлично дышал в общественном месте:

– Чем могу быть полезен?

– Здесь душно. Пожалуйста, помогите открыть форточку.

Мердок слезливо хмыкает и мотает головой: