Реакция на раздражитель

Закатное солнце ещё цеплялось лучами-щупальцами за быстро темневшее небо, но Сумрачный Змей был неумолим. Его, невидимая за горизонтом, пасть втягивала в себя золотого исполина, дабы на весь мир опустился ночной мрак. И тогда существа, обитающие в тени, смогут безбоязненно выйти на поверхность, показав всем живущим свою силу и мощь.

Но и их время не бесконечно. Наступит утро, и пылающее светило вновь будет исторгнуто в перламутровые небеса. Никто и ничто не в силах удержать Отца всего живого в заточении. Так продолжится Всеобъемлющий Цикл, что несёт в своих реках всю материю и дух на земле и за её пределами.

Я сплюнул и поморщился. Все эти высокопарные слова давно не внушали мне ничего кроме презрения. Верить в подобную чушь могли только необразованные туземцы и их шаманы. Которые, собственно, всё это и выдумали. Разумеется, не просто так. А чтобы творить разные тёмные делишки, пока все боятся высунуть нос из своих хижин.

Естественно, на меня вся это мистическая трепотня не действовала от слова совсем. Пусть все мифы и легенды останутся для тех, у кого не хватает ума пораскинуть собственными мозгами и хоть немного помыслить критически. Именно поэтому я не стал надолго задерживаться в деревне, чтобы не мозолить глаза тем, кто привык к подчинению и рабской покорности. Выменял немного съестных припасов, да наполнил фляги и был таков. Но далеко, конечно, не ушёл. Ведь то, что мне было нужно, находилось совсем рядом. Местное капище имело вход в сеть подземных пещер, где по древним преданиям хранился Иномирный Диск.

Но, прежде, чем отправиться в это довольно рискованное путешествие, я добросовестно проштудировал все возможные документы, относящиеся к той эпохе. Проконсультировался с маститыми специалистами-историками и археологами, прикрываясь личиной заинтересованного журналиста. И уже после, суммировав всю полученную информацию, смог составить примерную карту местонахождения артефакта. Вот только её точность оставляла желать лучшего. Как-никак, с тех времён прошло более трёх тысяч лет. Целые цивилизации появлялись и исчезали, народы переселялись с места на место, многое было утеряно, забыто или искажено. Поэтому я мог лишь примерно определить нужную мне точку пространства. И в этом мне помогала природа. Неизменная, несмотря на все потуги человека. Прекрасная, даже когда люди пытаются её уничтожить. И дающая жизнь, пусть и тем, кто её не достоин.

Но что-то я отвлёкся в философствования. Если вернуться к более приземлённым материям, то именно благодаря особенностям местного ландшафта я и смог обнаружить то, что мне было нужно. Несколько довольно ярких примет прошли сквозь века, оставшись в древних манускриптах и фолиантах. И одна из них, это раздвоенная вершина горы, что напоминала чьи-то рога. Другая состояла в цвете реки, что обвивала эту вершину. Меняясь от тёмно-бордового до бледно-розового в зависимости от сезона, она представляла собой красочную аллюзию на кровь бога, заключённого внутри каменного исполина. Так, во всяком случае, гласила одна из легенд племени, жившего здесь около пятнадцати веков назад. А после, неожиданно сгинувшего. И на это также есть несколько преданий.

Ушли ли они в Верхний мир или были принесены в жертву ненасытному демону Сету? Быть может, их просто завоевал более сильный народ? Вариантов множество, и истинного ответа уже не найти. Слишком много смешалось сказаний, мифов и просто слухов за века, что здесь жили люди. Именно поэтому только я, опираясь на своё умение вычленять главное и находить только достоверные факты, смог максимально приблизиться к своей цели.

Тем временем ночь уже полностью вступила в свои права и значит, мне пора выдвигаться. К тому же сегодня Луна была скрыта облаками, и это существенно облегчало мне путь. Меньше света, меньше возможности быть обнаруженным. А чтобы я мог ориентироваться на местности, у меня имелись очки ночного видения. И это были далеко не самые навороченные шедевры современной технологии в моём запасе. Собираясь в экспедицию, я отлично подготовился, собрав уникальный в своём роде комплект исследователя. Хотя правильней было бы назвать меня расхитителем гробниц. Но уж больно сильно это определение отдаёт дешёвой романтикой. Затрёпанный образ мужественного и удачливого одиночки-путешественника слишком примелькался в фильмах и книгах. Суровая реальность всё представляла в абсолютно другом свете.