Разрушители Мира

Каждый процесс развития имеет один фактор. Земная Империя, как и каждое нормальное человеческое предприятие, распространялась в геометрической, а не в линейной прогрессии. Она началась с пары изолированных планетных систем, планеты которых, в свою очередь, развиваясь, основывали новые колонии. Потом все это начало беспрепятственно разрастаться. Один из независимых ученых, проделав расчет на несколько тысячелетий, сравнил человека с водяным гиацинтом, который распространился по всей Земле еще задолго до начала космических путешествий: сначала отдельными очагами, как некая редкость, потом начал быстро распространяться и, наконец, заполнил все, угрожая поглотить и выжить все и вся.

Такой же фактор возник и при распространении Земной Империи на другие планеты. Сначала маленькие научные и исследовательские форпосты, потом колония, торговый город…

Дарковер, одиноко существующий на краю Галактики и вращающийся вокруг тусклого солнца, которое значилось только в самых подробных Звездных Каталогах, уже в течение ста лет находился в начальной фазе.

А теперь — защитите Дарковер! Потому что идут Разрушители Миров!

М.З.Б.

«Общество по уничтожению планет». Конечно, это не было названием фирмы. Но именно об этом шла речь и это было ясно людям, которые на своем пути в изолированный пентхауз переходили из одного лифта в другой.

Их было двое, один высокий, другой низенький и у обоих были лица того типа, которые тотчас же забываешь, большая удача для полицейских, детективов и тайных агентов.

Чудеса косметической хирургии обычно служили для того, чтобы сделать человека более привлекательным. Однако, внимательный наблюдатель мог предположить, что на этот раз это искусство было использовано для того, чтобы удалить с обоих этих лиц все следы индивидуальности. Это было сделано искусно и увенчалось полным успехом. Они были частью толпы, любой толпы, и одно это уже было триумфом. Потому что они не были ни блондинами, ни брюнетами, кожа их была ни белой, ни черной. Они одновременно относились и к африканскому, и к нордическому типу, но их нельзя было однозначно отнести к какой-нибудь расе, потому что это бросалось бы в глаза. Если бы в это время на Земле существовали массам или пигмеи, среди них они были бы нетипичны. Однако, во время такого смешения рас, в котором все особые отличительные признаки давно уже исчезли, они вообще ничем не отличались.

Они вошли в последний лифт. Один из мужчин, который пользовался фамилией Стеннард и переменил так много фамилий, что свою настоящую вспоминал не чаще двух раз в год, подумал: — «Разрушители планет». Он был почти везде и на каждой планете, на которую его посылали, почти все уже было сделано. Но с такими он еще никогда не встречался.

Каждый в Империи знал об их делах. Большинство слышало об их подпольной активности и только изредка вспоминало об этом, если их собственные дела оказывались с мощным потоком событий, происходящих на планете. То один, то другой мог иногда спросить, как уничтожаются планеты и зачем вообще уничтожают тот или иной мир. Это звучало несколько комично, как в драме трехмерки.

Но для людей, которые действительно имели дело с разрушителями планет — как я, думал Стеннард — это было совсем не смешно.

Но это было так же и не трагично.

Это был только бизнес.

Почему они допустили, чтобы их фирма была известна именно под этим названием?

Он запретил себе любопытствовать — за это ему не платили. Лифт замедлил скорость и остановился. Повсюду висели тяжелые позолоченные портьеры. У столика в прихожей их остановила девушка, почти такая же неприметная как Стеннард и его спутник, проверила их пропуска и пропустила через металлическую дверь в маленькую скромную комнату. Стеннард совсем не так представлял себе помещение организации, занимавшейся этим полулегальным бизнесом, он не рассчитывал увидеть здесь нечто вроде экспедиторского бюро с таким простейшим компьютером, выдающим и обрабатывающим поступающую информацию. Он также совершенно не рассчитывал на то, что главой этого весьма смелого бизнеса может быть женщина.

Женщина была молода и красива. По крайней мере, казалась молодой, поправился Стеннард, таково было его первое впечатление. Он не увидел ни одного признака косметического вмешательства, но он был обучен обнаруживать это и попытался понять. Но некоторая напряженность кожи вокруг глаз женщины несколько нарушала невинность ее светлого, гладкого лица и лишенной морщин шеи, показывая, что все это ложь. Ее голос был глубок и приятен.

— Мистер Стеннард, мистер Брас, пожалуйста, садитесь. Как вы вероятно знаете, ваше начальство уже говорило со мной и согласилось с оплатой, которую мы потребовали, прежде чем заключить соглашение. Меня зовут Андреа Клоссон и я уполномочена вести с вами переговоры.