Разящее лезвие зеркала клинка. Т. 1. Гибель империи

Нива небожителей. Клан Сокрушителей небес.

— Скорее, скорее, ловите его! Не дайте ему уйти! — по горному утёсу бежала толпа духовных практиков в развевающихся на ветру белых робах. Перед ними бежал молодой человек лет двадцати в весьма роскошных бело-голубых одеждах, которые, впрочем, потеряли свой блеск, поскольку алая кровь на них затмила вышитый золотом узор феникса и орла. Кровь была видна и на лице мужчины, а взор его исполнен отчаянием.

— Не бойтесь! Его ядро разрушено, он ничего не сможет сделать! — завопил какой-то безумного вида старик в жёлтой мантии. Толпа, услышав эти слова, ещё более ускорилась, и на бегу стала метать в убегающего мужчину огненные шары. Мужчина пытался уклоняться, но часть шаров всё равно попала ему в спину, обуглив одежду и кожу. Он не останавливался, но продолжал бежать.

— Мин Ян! Тебе некуда бежать! Сдавайся, и умрёшь быстро! — крикнул старик. Но Мин Ян не остановился, напротив, попытался бежать быстрее, хотя чувствовал, что силы его покидают. Слишком много потерял крови. Эх, если бы не была разрушена культивация! Тогда бы все эти мерзавцы одним мановением руки могли были бы стёрты в порошок. Но, увы. Сейчас он мало чем отличался от обычных смертных. Разве только закалка тела ещё не до конца развеялась…

Не успел Мин Ян додумать эти слова, как тропа оборвалась обрывом. Дальше пути не было. Впереди пропасть — остров небожителей возвышался над континентом на сто тысяч ли.

Мин Ян в последний момент смог остановиться и развернуться. Его обступила полукругом толпа практиков, и по центру медленно приближался старик в жёлтой мантии.

— Ну что, набегался? — ехидно улыбаясь, спросил он.

— Ну что Вы, господин, — усмехнулся Мин Ян, — разве я мог заставлять столько бегать такого почтенного старца, как Вы?

— Правильно! — ещё шире в ответ улыбнулся тот, и его улыбка отражала его злорадное ликование. Ладонями он сделал несколько пассов и вокруг его рук образовалась ослепительная золотая формация со множеством рун внутри.

— Умри! — заверещал старик. Мин Ян собрал руки у груди и из последних сил попробовал собрать силу. Раздался приглушенный звук электрического разряда с парой искр, и Мин Ян покачнулся, сплёвывая кровь. Увы, каналы полностью разрушены…

Тем временем старик завершил формацию и из его рук блеснул пронзающий пространство золотистый луч.

— Сдохни! — кричал старец.

Должно быть, теперь это точно конец…

— Ну это не точно… — раздался хриплый голос и вдруг пространство замерло. Замерли птицы в небе, остановились падающие листья деревьев, даже падающие с Мин Яна капли крови и пота остановились на мгновение. А золотой луч замер всего в нескольких фэнь (1 фэнь = 3 мм.) от сердца Мин Яна. Высоко за облаками пожилой старец в белых одеждах медленно поглаживал свою длинную бороду и сделал несколько пассов своими ладонями. Волосы, борода и даже веки этого старца были снежно-белого цвета.

— Мальчик. Похоже, мне придётся помочь тебе. Считай, что я тем самым выплатил свой долг.

Вокруг ладоней старика образовалась светло-голубая формация, которая оказалась в десятки раз более сложной, чем формация атакующего. И между телом Мин Яна и золотым лучом образовалась проекция этой формации, от которой струйки рун потянулись к телу Мин Яна, полностью охватив последнего, после чего Мин Ян исчез.

— Теперь готово! — улыбнулся старик и щёлкнул пальцем. В тот же самый миг весь мир вновь пришёл в движение и золотой луч насквозь прошёл через то место, где стоял миг до этого на краю обрыва Мин Ян.

И когда огонь развеялся, от Мин Яна не осталось и следа…

Тёмная мгла окутывала меня со всех сторон. Я словно падал куда-то, всё глубже и глубже. И света постепенно становилось всё меньше.

— Я… не хочу умирать… — подумал я и потерял сознание.

Мир смертных. Империя Боевого единорога. Долина семидесяти истоков. Русло реки карпов.

Был светлый погожий весенний день. Один из тех дней, когда солнце уже начинает хорошо греть и вот-вот наступит лето. По бескрайним лугам цвели разнообразные растения, а русло небольшой реки было густо усажено черёмухой, и её лепестки, срываясь ветром, падали в реку и создавали на поверхности словно бы нежно-бежевый ковёр, который плавно плыл по течению.