Раз став героем

Элизабет МУН

Раз став героем

Перевод с английского Е. Кругловой

Анонс

Первая книга об Исмэй Сьюза.

Лейтенант, выходец из колониальной семьи, она удивила себя и весь Флот, став самым молодым и самым младшим по рангу офицером, одержавшим победу в серьезном сражении. Ее корабль оказался под командованием предателя, и оставшиеся верными Флоту офицеры были вынуждены пойти против своего капитана. Все они погибли во время мятежа, и Исмэй Сьюза оказалась самой старшей по званию среди выживших. Перед ней встал выбор: действовать или погибнуть. Она смело приняла вызов и спасла Хэрис Серрано и собственную команду.

Но вместо благодарности Флот начинает задавать ей вопросы, которые ставят ее в затруднительное положение. В результате своих действий, какими бы успешными они ни были, Исмэй Сьюза оказывается на линии огня и предстает перед военным трибуналом по обвинению в предательстве...

Глава первая

Флагман Регулярной Космической Службы Гончая, Завьер

Исмэй Сьюза привела себя в порядок прежде чем явиться к адмиралу, как было приказано. После бунта и последовавшего за ним сражения времени хватило только на то, чтобы принять душ и пропустить форму через автомат. Одежда принадлежала не ей. Во время мятежа на борту Презрения несколько внутренних переборок получили повреждения и начались пожары, включая отсек младшего офицерского состава.

Душ не принес облегчения. Она не спала нормально... уже много дней. Красные глаза слипались от усталости, руки дрожали, внутри все сжималось при мысли, что никакие старания не помогут.

Адмирал Серрано выглядела как постаревшая копия капитана Серрано. Та же невысокая крепкая фигура и бронзовая кожа, вот только темные волосы подернулись серебром, и несколько морщин пересекли широкий лоб, но глаза горели энергией, управляемой сильной волей.

- Лейтенант Сьюза явилась с докладом, сэр.

По крайней мере голос ее не дрожал. За то время, пока Исмэй командовала кораблем, волнение и скованность, с которыми ей приходилось бороться раньше, практически сгладились.

- Садитесь, лейтенант.

Исмэй не могла понять По выражению лица адмирала нельзя было понять, о чем та думала. Исмэй села на стул, радуясь, что колени не подогнулись, и она просто не рухнула вниз. Адмирал кивнула и продолжила:

- Я просмотрела ваш рапорт о событиях, произошедших на борту Презрения. Похоже, это было очень... трудное... время.

- Да, сэр.

Безопасный ответ. В опасном мире ответить так лучше всего, учили ее в Академии и на первом месте службы. Но опыт подсказывал, что не всегда следует говорить "Да, сэр". Например, ответить так капитану Хэрне означало стать предателем, а майору Довиру - мятежницей.

- Вы ведь понимаете, лейтенант, что по закону все офицеры, принимавшие участие в бунте, обязаны предстать перед трибуналом и обосновать свои действия?

Голос адмирала звучал почти мягко, как будто она говорила с ребенком. Но Исмэй больше никогда не будет маленькой девочкой.

- Да, сэр, - ответила она, благодарная за терпение, хотя знала, что это ничем ей не поможет. - Мы... Я... готова отвечать.

- Именно. Вы самый старший по званию офицер среди тех, кому удалось выжить, именно вы приняли корабль под свое командование, и на вас ляжет основная тяжесть ответственности, - адмирал Серрано замолчала, глядя на Исмэй с совершенно непроницаемым выражением лица.

Она почувствовала холодок внутри. Адмирал пытается сказать, что им нужен козел отпущения? Ее обвинят во всем, не смотря на то, что она ничего не знала, не смотря на то, что старшие офицеры, в настоящий момент мертвые, не хотели вовлекать в происходящее младших? Исмэй охватила паника при мысли об ожидавшем ее будущем: увольнение, позор, никакой возможности летать и возвращение домой. Она хотела сказать, что это не справедливо, но знала, что дело совсем не в справедливости. Судьба оставшихся в живых полностью зависела от того, насколько четко они следовали приказам капитана... вот что было главное.

- Я понимаю, - наконец ответила Исмэй.

Она почти поняла.

- Не могу сказать, что суд всего лишь формальность, даже в подобном случае, - продолжила адмирал. - Трибунал никогда не бывает формальным и всегда имеет нежелательные последствия для всех ответчиков, последствия, которые не имели бы значения в обычных обстоятельствах. Но в вашем случае не хочется, чтобы вы заранее паниковали. Из вашего рапорта и докладов остальных членов экипажа (среди которых несомненно, как надеялась Исмэй, был и доклад племянницы адмирала) ясно видно, что к мятежу вы не подстрекали. Это и будет вашей защитой.

Комок, в который сжался желудок Исмэй, слегка ослаб.

- Естественно, вас отстранят от командования Презрением.

Исмэй почувствовала, как вспыхнуло ее лицо, хотя это скорее было облегчением, чем смущением. Она так устала думать над тем, как не нарушая протокола спросить старшего сержанта о том, что делать дальше.

- Конечно, сэр, - согласие прозвучало с большим энтузиазмом, чем ей хотелось бы.

Адмирал улыбнулась: