Рафаэль

Проснулся я от звонка будильника, обычно я не встаю так рано, но сегодня предстояла поездка в пригород. Поэтому завёл будильник на пять утра, всё необходимое для работы я собрал и уложил в машину ещё вчера. Встал, потянулся и пошёл в ванную умываться, по пути зашёл на кухню, поставил чайник. В восемь утра меня должны встретить, перепала работёнка установить видеонаблюдение и охранную сигнализацию в частном доме. Выпив кружку кофе, я спустился во двор, завел свой старенький пикапчик, закурил сигарету. Подождал, пока прогреется движок, включил передачу и покатил на выезд со двора. Выехал на загородный проспект и направился к выезду из города. Выехав из города, надавил посильнее на педаль газа, мотор довольно заурчал, и машина прибавила ходу, по радио передавали прогноз погоды, в Хабаровске опять жара, там и так лесные пожары не утихают уже второй месяц. Я опустил стекло и закурил, слушать радио совсем не хотелось, я убавил звук и стал слушать мощный рёв мотора. Дорога пошла вниз по склону, по земле стелился легкий туман, трасса в это время еще свободная, машин мало. Я курил сигарету и смотрел в открытое окно на то, как сизый туман стелется по земле, как вдруг неожиданно я услышал сильный гудок. Задумавшись о чём-то, я не заметил, как туман стал совсем густой, не видно даже капот собственной машины, я нажал на тормоз, но тут из густого тумана на меня вылетело что-то очень большое с двумя фонарями, я даже не успел разглядеть, что это было, как всё вокруг потемнело и стихло…

Не могу сообразить, сколько прошло времени, его как будто совсем нет. Не ощущаю своего тела, нет дыхания, нет сердцебиения – вообще ничего нет. Мысли путаются, кругом темнота. Ощущаю легкое покалывание, но не могу определить место, оно как будто везде. И вдруг сквозь окружающую меня тишину до меня доносятся голоса, тихие, глухие, как будто через трубу кто-то говорит.

– Он еще жив, надо ему помочь.

– Но… Я знаю как, – смог разобрать я, мне показалось, что голоса были детские – девочка и мальчик, а возможно, я ошибаюсь. Голоса стали отдаляться, больше я не смог разобрать, о чем говорили эти двое.

После того как голоса совсем стихли, покалывание прошло, чернота стала меняться на серую пелену, и отчётливо проступил знакомый запах, но что это, я понять не могу. Появилась тупая боль. Я стал ощущать сердцебиение, затем дыхание. Боль расходилась по всему телу, серая пелена перед глазами никуда не ушла, но я в полной мере стал ощущать свое тело, а запах резал мне нос. Подкатила тошнота, голова кружилась, в горле пересохло. Я пытался разлепить глаза, через какое-то время мне удалось разлепить маленькие щелочки, разобрать, где я, не получалось – глаза слезились. Я зажмурил их снова. Потихоньку стал шевелить пальцами, затем руками, ноги почему-то не хотели меня слушать. Я подтянул к лицу правую руку, стал протирать глаза и медленно их открывать, глаза явно были чем-то заляпаны, как, впрочем, и всё лицо, и руки. Постепенно проморгавшись без слез, открыл оба глаза, было темно, но не так, как до этого, я видел очертания предметов, стену, колонну. Решив доползти до стены, оперевшись обеими руками, стал передвигать тело в сторону стены. Тело все болело, а каждое движение отдавало в голову адской болью. Через пару метров рухнул на пол без сил как мешок, до стены оставалось еще примерно столько же. Немного отдохнув, я продолжил свой путь, на этот раз ноги уже стали понемногу шевелиться, скорее всего, отлежал. Оперевшись на стену, я прикрыл глаза, стал приводить мысли в порядок. Я жив, и это меня радует, руки-ноги целы, это тоже хорошо, а вот моё состояние… Похоже, что я с дикого запоя, но я пять лет как не пью вообще, а в запое вообще не был. Место, где я нахожусь, похоже на подвал или скорее на сарай. Всё это меня сильно настораживает. Я задремал.

Разбудил меня громкий голос, я резко открыл глаза и хотел вскочить, но обмякшее тело непослушно плюхнулось на пол.

– Рафаэль, ты заслуживаешь наказания, ты позоришь семью, как ты мог так поступить? Сегодня же ты отправляешься на границу.

Разглядеть говорившего я не смог, из открытой двери шел яркий свет, я видел только силуэт. Я снова закрыл глаза, обдумывая каждое слово. Что-то было не так, мое имя – Сергей, мать с отцом давно умерли, жены нет, детей тоже. «Может, тут есть ещё кто-то?» – пришла мне единственная мысль.

– Эй! – выдавил я из себя.

Но мне никто не ответил.

Я прокашлялся и более громко повторил свой призыв. Секунд через двадцать дверь приоткрылась и в помещение кто-то прошмыгнул.

– Господин, вы тут? – услышал я.

– Тут, – хриплым голосом ответил я.

– Пойдемте со мной, – позвал меня мальчишеский голос.

– Помоги мне встать, – прохрипел я. В горле уже так пересохло, что я еле мог выговаривать слова. Паренёк подошёл ближе и протянул мне руку.

– Держитесь, господин, – пролепетал он звонким голосом.