Пыль дорог

Весь осталась за спиной. Константин шагал по лесной дороге в сторону шахтерского поселка. По большому счету, это было единственное направление, другой дороги в этих местах не существовало. Рюкзак, подаренный кожевенником, оттягивал плечи, все же ему было далеко до туристических систем, но приходилось пользоваться тем, что есть.

Беляш, которого с момента боя никто больше не загонял в «карман», носился, где хотел, подпитывался от тискающих его детей или поглаживающих взрослых, которым это совершенно не вредило. Сейчас он бежал впереди метрах в двадцати, проверяя дорогу, выискивая тварей. Хотя перед рассветом их можно было уже не опасаться, если кто и выжил в округе, не попав под контроль черного ведуна, то сейчас они забились туда, где их не достанет солнце.

Воронцов обернулся, чтобы бросить прощальный взгляд на почти мертвое поселение, в котором уцелело меньше трети жителей, в основном женщины и дети. Из мужчин — полуслепой старик, трактирщик, с которым Константин не был знаком и который активно скупал у бандитов личные трофеи, кожевенник и владелец лавки Пан. С минуту он постоял, глядя на разбитые ворота, в которых застыла с карабинов руке Лара, взявшая на себя тяжесть управлением людьми. Ее выбрали единогласно временным главой поселения. Воронцов дождался, когда Лада его догонит, махнул на прощание рукой и пошел дальше, навстречу восходящему солнцу, которое вот-вот должно показаться из-за горного хребта.

— И сколько нам так шагать? — спросила Калинина, не скрывая недовольства в голосе.

Воронцов ни в какую не захотел ждать, пока она починит внедоржник, который пострадал при атаке черного ведуна, молния, отраженная от места силы, угодила в него, и сожгла двигатель. Возни было дня на три, но Константин не желал сидеть в разрушенном поселке, и ей пришлось согласиться на пешую прогулку.

— До дороги, по которой на восток в вольные города ездят купцы, два дня, — спокойно ответил Константин, проигнорировав раздражение спутницы. — Будем надеяться, что там нас подберут. Главное, чтобы не вляпаться.

— А подождал бы, пока я починю транспорт, мы бы добрались быстрее, или грузовик бы взяли.

— Там всего три грузовика осталось, включая тот, что Пану принадлежит, — покачал головой Константин. — Они пригодятся местным. Им отсюда горы имущества вывозить, детей десяток. Бабы еще смогут пешком топать, а вот дети дорогу не выдержат. Нет, Лада, я не мог с ними так поступить.

Калинина посмотрела на плотно сжатые губы Воронцова и усмехнулась.

— А вы не заигрались в благородного, Ваше сиятельство? Забота о холопах — дело хорошее, но ноги у нас не казенные. Кстати, куда ты так спешишь?

— Не надломимся, — отозвался Константин, подтягивая слегка сползшую лямку рюкзака, — не повредит нам прогулка. А спешу я прочь отсюда, нужно срочно добраться до места силы и использовать добытые сферы, оставив тебе парочку для артефактов.

— Карман жгут? — с улыбкой поинтересовалась Лада.

— Не то слово. Меня уже один раз ограбили, хотя большую часть я себе вернул, не сфер, конечно, но золото и оружие. Хотя этот новый самозарядный карабин Долгова гораздо лучше старой «родьки», добытой мной в столице. И хорошо бы найти место силы не в вольном городе, там мы привлечем к себе внимание, а этого делать пока что не следует.

— И где ты его искать собрался?

— Пока без понятия, — пожал плечами Воронцов, — но я почувствую его, если мы окажемся рядом.

— Сколько у тебя всего сфер?

— Двадцать девять, и две, которые мне Авия заплатила. Аиша слишком много тварей спалила, и с них нам ничего не упало. Да что ты спрашиваешь? Ты же со мной ходила, когда я их собирал.

— Я не считала, — ответила Лада. — Меня тогда больше интересовало, как бы меня не стошнило от вони проклятых тварей и кровищи, которая пропитала землю. Непривычна я к подобному. А тебе, похоже, плевать?

— Притерпелся, — спокойно отозвался Константин. — Этот мир быстро отучает от подобной сентиментальности. Да историю ты мою знаешь, так что и убивать мне не впервой, и снимать с разорванных трупов уцелевшие сапоги для меня не в новинку. Хотя не скажу, что мне это доставляет удовольствие.

Он замолчал, вспоминая сутки, прошедшие с момента победы над черным ведуном и его тварями, как обычным проклятым зверьем, так и серьезными мутантами, искореженными тьмой и силой. Люди все еще прятались по домам, и они шли с Ладой по заваленной трупами улице в полном одиночестве…

— Как ты сделала эту гранату? — склоняясь над очередным трупом и поднимая еще одну сферу, поинтересовался у Лады Воронцов. — Крутая штука вышла.